Юнус-Бек Евкуров:

«Смотря с высоты прожитых лет на то, что сделано, могу сказать, что мне есть чем гордиться»

0
Юнус-Бек Евкуров

Юнус-Бек Евкуров руководит Ингушетией вот уже почти десять лет. За это время регион из депрессивного фигуранта ежедневных криминальных сводок превратился в один из самых безопасных регионов нашей страны. Ингушетия теперь поставщик хороших новостей — здесь выращивают товарные яблоки по итальянским технологиям, собирают настоящий горный мед, а современные полимерные трубы и алюминиевые радиаторы с логотипом «Сделано в Ингушетии» покупают в самых отдалённых точках России. О социально-экономическом развитии региона, своем возрасте и отношении к оппозиции в эксклюзивном интервью газете «Ингушетия» рассказал Глава республики Юнус-Бек Евкуров.

— Юнус-Бек Баматгиреевич, в первую очередь, от себя лично и от всего коллектива газеты «Ингушетия», хочу Вас поздравить с прошедшим юбилеем, желаю крепкого здоровья, счастья, семейного благополучия, успехов во всех ваших начинаниях на благо республики. Ну и, конечно же, терпения, ведь наша республика не самый простой регион. 55 лет — с одной стороны, это возраст, когда нужно подводить какие-то итоги, когда мы подходим к какому-то возрастному рубежу, мы всегда оцениваем то, что было «до». Говорят, что каждый солдат мечтает стать генералом. Вы стали генералом, получили «Золотую Звезду» Героя России, но Глава республики это нечто другое. Как вы к этому относитесь?

— Спасибо за поздравления! Я вам скажу честно, я общаюсь со своими коллегами из других регионов и всегда горжусь, что у нас народ более спокойный, более понимающий ситуацию, и это с учетом того, что мы прошли огромные трудности и испытания на своем пути. У людей есть понимание, что не все сразу делается. Конечно, у каждого из нас есть естественное желание жить лучше, это всегда было и есть. Когда люди видят, что очень многое делается, хотя они и критикуют, что где-то школы или садика нет, но они видят, что там, где их не было ранее — они уже появились. Конечно же, надо понимать, что если ты чиновник или хочешь им стать, ты должен быть готов к критике, иначе потеряешься...

А что касается итогов, 55 лет, понятно, это возраст и внушительный багаж за спиной, хотя чему-то учиться никогда не поздно. Я помню, когда моему отцу было сорок, мы на него и его сверстников смотрели, как на древних-древних стариков. То ли они мудрее были, то ли «эздел» у них был выше, они себя чувствовали мужчинами. Сейчас смотришь на тех, кому 40-45 лет — человек с виду солидный, а рассуждает иногда как ребенок.

Смотря с высоты прожитых лет на то, что сделано, могу сказать, что мне есть чем гордиться! Когда ты вышел из многодетной, сельской, небогатой семьи, которая в каких-то вопросах вынуждена была ограничивать детей, не было возможности ни одеть, ни обуть, а потом, уйдя в армию, добился всего старанием и стремлением, упорным трудом. Я всего добился сам и говорю это не для того, чтобы себя похвалить, а для того, чтобы каким-то образом поставить себя в пример молодежи, к сожалению, есть сегодня и такие, которые не хотят учиться, находят тысячи причин, чтобы ничего не делать.

Да, то воспитание, которое в меня вложили родители, и то здоровье, которое они мне дали, — это очень важно, и тот опыт, который я получил, проходя срочную службу, тоже очень важен. Помню, когда поступал в Военную академию имени Фрунзе, я понимал, что это заоблачные вещи для меня, хотя поступал уже в звании старшего лейтенанта, а Военная академия Генерального штаба — так это вообще был космос! И я гордился этим.

Должность Главы Ингушетии — для меня это тоже заоблачная вещь. Я ранее никогда не думал об этом, но так случилось, что по воле Всевышнего я руковожу республикой уже почти десять лет и стараюсь сделать все, чтобы у нас были мир, порядок и процветание. И самое главное, чтобы республика была достойной среди регионов России, чтобы приезжающие ставили нас в пример в лучшую сторону, что сегодня во многих направлениях и происходит.

— За последние десять лет регион сделал качественный рывок в социально-экономическом развитии. Построено более 400 объектов социальной и промышленной инфраструктуры, в том числе образовательных, культурных и спортивных. Полностью ликвидирован трехсменный режим обучения в школах. Пожалуй, одно из главных достижений — улучшение криминогенной обстановки. В марте 2016 года, впервые за десять лет, во всех населенных пунктах Ингушетии был полностью отменен режим контртеррористической операции, а в начале мая этого года Генпрокуратура России сообщила, что Ингушетия вошла в тройку российских регионов с самым низким уровнем преступности. Какой ценой все это далось?

— После того как я возглавил республику, моя первая встреча состоялась с Президентом России Дмитрием Анатольевичем Медведевым, потом через неделю я попал на прием к председателю правительства Владимиру Владимировичу Путину. И на первой встрече, и на второй мы говорили о том, чтобы Ингушетии дать немного света, развеять тучи над республикой. Сделать все возможное, чтобы в людей вселить надежду на светлое будущее, на завтрашний день. Вот об этом с огромным беспокойством тогда говорили и Президент, и председатель правительства. Было понимание необходимости кардинальных изменений, но как это сделать, как это внедрить и осуществить — здесь были сложности.

Конечно, все федеральные чиновники, особенно руководство ФСБ, максимально были настроены, чтобы помочь эти тучи развеять. На первой встрече Владимир Путин сказал мне такую фразу: «Есть те, кто будут уничтожать террористов и бандитов, — это органы правопорядка, но вы власть — должны разговаривать, беседовать, убеждать этих молодых ребят, что не надо с оружием в руках воевать против своего народа».

Было сложно, работали тогда и днем и ночью. Я помню, что мы спали по два-три часа в сутки, никто даже не знал, когда я выезжал на то или иное происшествие или мероприятие. Те ребята, которые охраняли меня днем, ночью вместе с оперативными группами выезжали и выполняли задачи.

Правоохранительная система была деморализована, более 1,7 тыс. рапортов на увольнение были написаны сотрудниками милиции. Искали любые причины, чтобы уйти со службы. Были моменты, когда некоторые наши руководители, не выходя неделями из дома, по телефону управляли подразделениями или, по крайней мере, пытались управлять.

Самую страшную нагрузку на себя взяли те бойцы, те милиционеры, которые положили свои жизни ради стабильности, которые находились на службе и достойно выполняли долг, независимо от того, что есть опасность. И примеров таких много.

Когда мы работали над проектом Мемориала памяти и славы, когда мы говорили о полных георгиевских кавалерах, когда говорили о красных революционерах, про наших командиров партизанских отрядов, в том числе и священнослужителей, жителей селения Долаково, которые встали против Деникина, когда мы говорили про Героев СССР, многие задавались вопросом: а зачем нам это надо? Нам нужны школы, больницы, дороги, а это зачем? Критиковали. Я тогда говорил: «Это есть духовная пища». Потому что мне молодежь на встречах задавала вопросы. Нам не о чем говорить, когда наши сверстники из тех же регионов Северного Кавказа, в День Победы рассказывают, сколько у них героев, сколько защитников Отечества. Мы не можем им пример привести. У нас только вопрос депортации и все.

И мы все это учитывали, разрабатывали, смотрели, как это сделать. И сегодня, я считаю, мы добились того, что можем гордиться. Молодежь может обоснованно доказать в любом месте, что у нас есть последний защитник Брестской крепости, что знаменитый Брусиловский прорыв в Первую мировую войну был осуществлен благодаря, в том числе, и нашим предкам — ингушскому полку «Дикой дивизии», что под Сталинградом погибло большое количество наших земляков, и мы увековечили их память, у нас были революционеры. У нас есть Герои, в том числе и в трудовых буднях.

Вся эта работа в комплексе и дала результаты, которые есть сегодня. Мы во многих направлениях развиваемся. Я вам больше скажу, мы последние пять лет в двадцатке лучших регионов России по темпам социально-экономического развития, и мы получаем за это бонусы, это же не просто так делается. Конечно, это огромный и скрупулезный труд всех, кто сегодня работает в команде, и тех, кто раньше работал. И это, конечно, заслуга населения.

— 9 июля у Вас состоялась встреча с Президентом РФ Владимиром Путиным, позже, 7 августа, Вы встретились с председателем правительства Дмитрием Медведевым. Это говорит о внимании федерального центра к проблемам Ингушетии, говорит об отношении к Вам высших должностных лиц нашей страны. Мы все прекрасно понимаем, что личностные отношения имеют огромное значение. Если брать последние встречи, то у Владимира Путина, наряду с озвученными проблемами водоснабжения, Вы попросили помощь в строительстве большого стадиона. Почему именно стадион, почему проблемы водоснабжения?

— Вы должны были заметить, что в течение уже трех лет на встречах с высшими должностными лицами мы не говорим о криминогенной обстановке. Вот это как раз результат кропотливой десятилетней работы. Мы время не тянем, поскольку нет необходимости об этом говорить. Это большой плюс.

Прежде чем встретиться с Владимиром Владимировичем, я встретился с федеральными министрами — руководителями Минстроя, Минприроды, на которых поднял эти вопросы. Когда я рассказал Президенту, что есть серьезные проблемы с водой, качество которой у нас с каждым годом все хуже и хуже, то он поддержал этот проект. Планируется выделение средств из федерального бюджета на комплексное решение этой проблемы в регионе.

Что касается стадиона, то это многомиллиардный проект. Почему стадион? Кто-то скажет, давайте что-то другое. Подобного объекта у нас в регионе не было никогда. Стадион — это не только то место, где будут играть в футбол. Это, как минимум, несколько десятков спортивных секций, тысячи занимающихся спортом людей. Это — инфраструктура, определенные инвестиции, в том числе и коммерческие — гостиницы, спортивные магазины и т. д. Ну и конечно, это рабочие места.

Самое главное — в республике будет стадион, где можно проводить матчи любого уровня, для того чтобы люди понимали, что они интегрированы в российское общество, что есть у нас хороший спортивный объект.

С Дмитрием Анатольевичем говорили о том, чтобы нам оказали помощь в реконструкции железнодорожных путей и прилегающей инфраструктуры в городе Сунжа, что позволит охватить пассажирским железнодорожным сообщением значительную часть нашей территории, увеличить пассажиропоток и выйти на уровень окупаемости нашего фирменного поезда.

Кроме того, мы получим новый вокзал, реконструкцию путей, в том числе и для перевозки грузов. Там и бюджетообразующее предприятие «Сад-гигант Ингушетия» и агрокомплекс «Сунжа», и промплощадка в городе Карабулак.

Еще один вопрос, который мы обсуждали, и в решении которого нашли поддержку, — это работа по линии Фонда реформирования ЖКХ, ликвидации всего ветхого жилья квартирного фонда в республике.

И Владимир Владимирович, и Дмитрий Анатольевич знают, в какое время я пришел к власти, понимают, что мы все вместе развеяли тучи над Ингушетией, дали надежду людям на светлое будущее и активно развиваем республику. В этой связи они каким-то образом считают, что должны меня поддерживать в тех направлениях, чтобы мы закрепили этот успех. Потому что первая пятилетка фактически была в войне. Если вы помните, мы реально такие масштабные объекты, которые давали людям вдохновение, начали открывать только с 2012 года. Те же Мемориал памяти жертв осени 1992 года и Мемориал памяти и славы, которые давали людям чувство гордости.

— Вся республика недавно гудела по поводу чемпионата России по греко-римской борьбе. У нас два чемпиона. В этом направлении мы давно так хорошо не выглядели на уровне чемпионата России. В то же время на чемпионате СКФО по боксу обратная картина.

— Провал!

— Да, провал. Как вы собираетесь повлиять на это, от кого это зависит?

— Сейчас намечается разбор в правительстве по линии провала на чемпионате СКФО по боксу. Надеюсь, что они представят справку и примут конкретные меры по этому поводу. По греко-римской борьбе, здесь надо подчеркнуть, что это направление у нас лучше было выстроено, чем вольная борьба. Хотя мы в свое время перед президентом федерации борьбы и тренерами ставили задачу. Школа создана, и я надеюсь, что не сегодня, так завтра мы получим плеяду перспективных спортсменов.

При этом надо понимать, что это очень сложно — школы борьбы и в Дагестане, и в Северной Осетии очень серьезные, с многолетней историей, получившие мировую известность, конкурировать с ними пока вряд ли у нас получится. Ну уж точно одну или две звездочки в этом направлении среди наших спортсменов мы можем найти. А вот по греко-римской борьбе — надо наращивать, у нас потенциал есть хороший. У нас же и Рустам Хучбаров взял бронзу чемпионата России. То есть из пяти выступающих — два чемпиона и один призер, это хороший результат.

Конечно же, испытываешь гордость, когда такие схватки прошли. Финал с участием наших спортсменов реально стал украшением чемпионата России. Заслуженно оба победили, и сейчас только думать и мечтать о том, чтобы они стали чемпионами мира. А это один из таких важных шагов к Олимпиаде. Нужно Евлоеву и Оздоеву закрепиться на этих позициях, нарастить усилия и выходить на новый уровень.

— 17 августа Президент России Владимир Путин в числе других внес Вашу кандидатуру на рассмотрение Народного собрания Ингушетии для избрания Главы республики, ранее главная партия нашей страны предложила Вашу кандидатуру Путину. Что это для Вас?

— Я считаю, что это высокое доверие, которое нужно оправдать и не только мне, а в целом команде, которая работает сегодня. Конечно, все то, что сегодня делается для республики в сфере образования, здравоохранения, создания инфраструктуры, культуры, спорта в течение последнего времени, наверстывая упущения ещё советских лет, − это работа всей команды.

Если 9 сентября депутаты Народного собрания окажут мне доверие в продолжение тяжелой, но необходимой для нашей республики работы, мы так же день и ночь будем продолжать работать.

Да, есть много плюсов, есть много минусов, но наша задача — набирать больше плюсов, выправлять те направления, где мы недоработали, и делать еще лучше. Около пяти последних лет Ингушетия входит в число субъектов, лидирующих по росту социально-экономических показателей и демонстрирующих постоянное развитие. Достижение этих целей и сохранение показателей потребовало изнурительного труда, но я готов продолжить так же работать и стремиться к прорыву, следуя посланию Президента России.

— В преддверии того, что полномочия Ваши истекают в сентябре, мы замечаем активизацию определенных сил в республике, и не только. Попытки проведения митингов и несанкционированных акций, звучат предложения о выдвижении в качестве кандидатов на пост Главы региона тех, кто сейчас задержан и находится под следствием, регулярные информационные вбросы. Это определенный список запланированных мероприятий, которые нужно отработать к 9 сентября, или что-то другое? Ваше отношение ко всему этому?

— Знаете, обычно те люди, которые пытаются народ вывести на митинги, когда их начинают трогать, сразу начинают говорить о демократии, о справедливости, о законах. Но почему в отношении себя они об этом забывают. Можно по-разному подходить к этим вопросам. Вот смотрите, мы же собираем раз в квартал различные общественные организации, даже не раз в квартал, а по просьбе любого из них, мы готовы принять и обсудить с ними вопросы и на уровне парламента, что не раз уже делалось, приглашались и те, кто сейчас якобы митингует. И на уровне правительства и на уровне администрации Главы республики готовы обсудить любые вопросы. То есть мы в состоянии с ними разговаривать, доступны для них.

Растиражировали, что якобы были «массовые акции», никакой массовости там нет, мы же посмотрели по спискам, кто был. Я сейчас не буду фамилии называть, но все ближайшие родственники тех, кто стоит во главе всего этого. Все известные лица, люди же не дураки, в конце-концов, они видят. Сто человек вышло, а рисуют пятьсот. Хотя могут и пятьсот человек выйти. Здесь вопрос к ним: а почему они думают, что те же пятьсот не выйдут в поддержку власти? Что, мы должны противопоставить эти две группы, чтобы они за кресло, за власть дрались между собой? А может, мы демократичным образом это сделаем? Почему нельзя предложить или пойти навстречу предложению власти и дискуссионно обсудить этот вопрос?

Сегодня эти люди говорят о прямых выборах Главы республики, говорят про всенародно избранных. Слушайте, мы видели всенародно избранных тоже. И эти же товарищи, которые сегодня радеют об этом, митинговали и против них. Им без разницы, кого и как выберут, лишь бы только было все так, как они хотят.

Когда они обратились к прокурору, то он сказал, да, вот здесь власть не права. Если так, как хотят они, то и прокурор хороший и все остальные. Если бы прокурор написал «вы не правы», то сразу бы написали «власть управляет прокурором». Обратились в суд, и тот частично принимает их сторону. Это еще раз подчеркивает, что нет управления, нет такой проблемы и не должно быть, это совершенно независимые структуры от власти — и надзирающий орган, и судебная система. Мы это показываем сегодня, и они это видят, но при этом власть им предлагает альтернативу.

На вопросы, кто организатор, кто отвечает за порядок, кто взаимодействует с муниципальными властями и органами правопорядка, какие вопросы вы собираетесь поднимать? — ответов нет.

Что они отрабатывают, получили деньги или нет, у меня ясности в этом вопросе нет. Если так же, как в прошлый раз, они выйдут на несогласованные митинги в общественных местах, их никто не будет арестовывать, просто всех оштрафуют, как и в прошлый раз, но на этот раз штрафы будут в разы больше.

Еще раз прошу всех это правильно понимать и не лезть в эти дебри. Особенно тех, кто за этими людьми идет. У ингушей есть хорошая поговорка, и старики всегда говорили, «если за кем хочешь пойти, посмотри его след». Тот же Магомед Хазбиев. Становятся и говорят: «Мы предлагаем его Главой республики». Они что оскорбить народ тем самым хотели? С таким же успехом можно предложить какого-то террориста, который сидит сейчас в тюрьме. В чем разница? Там террорист, здесь преступник.

Один товарищ Хаутиев уже оскорбил народ, когда перед Ксенией Собчак говорил, какие у нас старики, вот, мол, неправильно понимают религию и так далее. Общество должно было таких людей отторгать от себя, а он еще имеет наглость выступать от имени человека, подозреваемого в угоне автомашины и хранении оружия. Это, наверное, я из Ростова пригнал машину и поставил у него во дворе в Назрани? Я, а не Хазбиев, попал в объектив камер видеонаблюдения, откручивая номера с угнанной машины. Неужели все слепые? Нет, все знают об этом.

Тогда об угоне из Ростова пришла ориентировка, машина была подключена к спутниковой охранной системе, с помощь которой и удалось определить точное местоположение, то есть во дворе дома Хазбиева. Пока правоохранители ехали, они сменили на автомобиле номера и перегнали его в другой двор, то есть обычная схема угона, обычная уголовщина. Когда правоохранители пришли, Хазбиев просто убежал. Если он ни в чем не виноват, почему убежал? Почему он всю ситуацию политизирует? Он же это специально делает, пока находился в розыске, выступая в Интернете, отпустил бороду, решил, что это его сделает святым, мучеником в глазах народа. Его выступления в сети подпадают под статью, по которой, кроме административного штрафа, уголовного наказания нет. И сейчас он специально делает так, чтобы создать имидж политически преследуемого человека. Нет, конечно.

Я не вмешивался в уголовный процесс по нему и не имею на это права. Я могу лишь сказать, что, да, я согласен с назначенным сроком или не согласен, надо было больше дать, но это мое мнение и все. А для вынесения приговора там есть гособвинитель, судья, адвокат. Никому не позволительно нарушать закон, и если ты мужчина — будь добр, отвечай за содеянное.

В какой-то степени — не как руководителя региона, а как ингуша — меня это оскорбляет, потому что они, выкладывая это, выставляют нашу республику на посмешище. Есть же какие-то рамки приличия, в конце концов.

Против того же Хаутиева тоже дело было возбуждено, но его же не посадили, оштрафовали и отпустили. Почему ему в карман не засунули гранату или еще что нибудь? Я думаю, Хаутиеву и его близким это надо было понимать, родителям остановить своего ребенка на каком-то этапе, сказать «стоп, хватит ерундой заниматься!». Но этого не происходит, к чему и куда его эта дорога приведет, никто не знает. Без опыта, совершенно ничего не сделавший для республики, он считает своим долгом обратиться к председателю парламента, выставив рядом с собой якобы «юристов». По каждому из этих так называемых «юристов», которые рядом с ним стоят, целая история — тот же Кациев, который работал в МВД. Даже после того, как его выгнали из органов за взятки, он ходил по директорам школ и вымогал у них по 50 тысяч рублей, чему есть живые свидетели. Вот вам и борьба с коррупцией, надо было сажать в тюрьму, а его просто выгнали.

Людям, прежде чем слушать выступления этих «юристов» и им подобных, надо посмотреть, что у них за спиной, что они сделали для народа хорошего и к чему они могут привести. То, что они мутят и баламутят, — это до определенного периода. Мы же все прекрасно понимаем, что за рамки закона мы им не позволим переступить, и они должны это понимать. Речь не столько о них, сколько о тех, кто за ними стоит. Там есть даже такие удивительные вещи, когда у некоторых так называемых организаторов этих мероприятий свои же дети работают в органах правопорядка, судах, органах власти.

Я одному из них говорю, завтра вы собираетесь на акцию, а разгонять вас по домам и охранять общественный порядок туда придут ваши сыновья, которые работают в МВД. Так называемые оппозиционеры, которые власть критикуют, будут с этой стороны, а их дети — представители той же власти — с другой стороны. Так им что делать с вами?

Посмотрите на тех, кто себя сегодня называет оппозицией. Среди них те, которых уволили, те, что были у власти при предыдущих руководителях, те, что выполняют заказы из Москвы или еще откуда-то. Люди, которым республика не нужна, здесь просто свои личные, шкурные интересы — не более того.

Успокойтесь, остепенитесь, найдите себя во власти, в бизнесе, в политике, да где хотите, с учетом ваших возможностей. Они же не хотят слышать. Сегодня нам Всевышний дал такую возможность создать хорошую, красивую республику, значит, нужно ее вместе беречь.

— В начале августа на базе «Сада-гиганта Ингушетия» прошло международное совещание по теме развития интенсивного садоводства в России и Германии, в том числе на примере успехов ингушских садоводов. То есть немцы приезжают в Ингушетию, чтобы посмотреть, как здесь выращивают яблоки, не странно звучит?

— Я вам скажу, что лучшего сада, по всем направлениям, в том числе по квадратуре и мощности специальных хранилищ в Европе нет. Сегодня это предприятие динамично развивается, и мы возлагаем на него большие надежды.

Когда все начиналось, я сам выезжал в Европу, мы специально смотрели, перенимали итальянский опыт, а сегодня ведущие специалисты в этом направлении приезжают, в том числе и немцы, чтобы поучиться у нас, и это не единственное направление, в котором мы можем поделиться опытом.

— Практически все лето жители населенных пунктов республики жаловались на проблемы с водоснабжением. Частично этот вопрос правительством и муниципальными властями был решен, не обошлось и без увольнения тех, кто с задачами не справился. Что нужно, чтобы решить эту проблему коренным образом?

— В республике крайне изношенные сети. Мы при поддержке компании «Роснефть» реализуем второй этап, на днях я утвердил новую программу по продолжению закольцовки некоторых сетей по водоснабжению. Это порядка 300 млн рублей, которые мы должны в этом году получить.

Кроме того, мы представили проект в Министерство строительства России и ждем начала его реализации с начала следующего года. Я думаю, к концу 2020 года практически во всех населенных пунктах этот вопрос будет закрыт.

Должен сказать, что здесь еще, в рамках правительственной комиссии по развитию СКФО, заседания которой проводит Дмитрий Анатольевич Медведев, по согласованию с Газпромом поставлена задача по реконструкции всех газовых сетей республики. Комиссия у нас уже побывала, мы над этим работаем. И это тоже программа на три года.

А что касается кадровых решений, то увольнение директора «Водоканала» связано с неэффективной работой и отсутствием понимания решения проблем предприятия. Ему, в частности, была поставлена задача сократить завышенные штаты «Водоканала», сотрудники которого не могут собрать платежи в объеме, необходимом для выплаты собственной заработной платы. Вместо этого директор дополнительно взял еще 95 человек. Все это привело к задержке выплат зарплаты тем, кто там действительно работает, по данному факту в настоящее время возбуждено уголовное дело.

— Спасибо за интервью и развернутые ответы.

Добавить комментарий

Новости