Ко Дню защитника Отечества

Их подвиг незабываем

0

Асият Идрисовна Тутаева

Родилась в 1905 году в селе Насыр-Корт Назрановского округа Терской области (современный Насыр-Кортский муниципальный округ города Назрани, Республика Ингушетия), в семье офицера Российской императорской армии. В 1929 году окончила медицинский факультет Северо-Кавказского университета в Ростове-на-Дону, а затем аспирантуру Ленинградского института экспериментальной медицины, в мае 1936 года успешно защитила диссертацию и стала кандидатом медицинских наук.

25 июня 1941 года ассистент кафедры микробиологии 1-го Ленинградского медицинского института Асият Тутаева ушла добровольцем на фронт, где прошла путь от рядового военврача до начальника эвакогоспиталя.

Майор медицинской службы начальник эвакогоспиталя № 1107/70 Тутаева не жалела ни сил, ни здоровья ради спасения жизни бойцов. На ее счету сотни спасенных жизней солдат и офицеров.

В конце октября 1944 года майор медицинской службы Асият Тутаева, находившаяся вместе с коллегами военврачами в машине санитарно- эпидемиологической лаборатории, попала в засаду и погибла на территории Западной Украины.

Именем славной дочери ингушского народа названы улицы в городах и селениях Ингушетии, медицинский колледж в Назрани, ее имя высечено на гранитной плите среди героев ВОВ 1941-1945 гг. на Мемориале памяти и славы Ингушетии.

Умат-Гирей Артаганович Барханоев

Последний защитник Брестской крепости — ингуш. Рассказывает бывший эсэсовский офицер, сын крупного литовского помещика Станкус Антанас. Военнопленный, отбыв 25 лет лагерей строгого режима, побоялся преследования соотечественников и остался жить в поселке Малая Сарань Карагандинской области.

Дело было в середине июля 1941 года. Случилось так, что эсэсовская дивизия стояла недалеко от Брестской крепости, в городе Перемышль, на реке Буг, разделяющей город на две части — польскую и советскую. Одному полку этой дивизии, в которой служил Станкус Антанас, было предписано очистить Брестскую крепость от оставшихся солдат Красной Армии, защищавших ее.

«Но Брестская крепость все ещё сопротивлялась. Все реже и реже раздавались оттуда выстрелы, все меньше и меньше оставалось бойцов. И всё-таки немецкая армия ещё несла потери от метких выстрелов из развалин. Израненные защитники Брестской крепости выходили в штыковые атаки с выкриками на непонятном гортанном языке. Многие из них были с типично кавказскими лицами. И хотя каждый из них был по несколько раз ранен, дрались они, как одержимые. Настало время, когда силы защитников Брестской крепости иссякли. Атаки прекратились. Стало очевидным, что с Брестской крепостью уже покончено, — рассказывал Станкус Антанас. — Мы шаг за шагом обследовали все казематы и подвалы крепости и везде находили только трупы и обугленные скелеты».

Не слышно было ни звука. Полчища крыс шныряли под ногами, поедая трупы. Эсэсовская дивизия готовилась двинуться за наступающими вглубь СССР немецкими частями.

«Наш генерал выстроил дивизию на изрытом воронками плацу, — продолжает свой рассказ бывший эсэсовец. — Он поздравил всех с взятием Брестской крепости и стал вручать награды. В это самое время из подземных казематов крепости вышел высокий подтянутый офицер Красной Армии. Он ослеп от ранения и шел с вытянутой левой рукой. Правая рука его лежала на кобуре пистолета, он был в рваной форме, но шел с гордо поднятой головой, двигаясь вдоль плаца. Дивизия стояла, застыв. Дойдя до воронки от снаряда, он повернулся лицом к западу. Неожиданно для всех немецкий генерал вдруг четко отдал честь советскому офицеру, последнему защитнику Брестской крепости, за ним отдали честь и все офицеры немецкой дивизии. Красноармейский офицер вынул из кобуры пистолет, выстрелил себе в висок. Он упал лицом к Германии. Вздох прошел по плацу. Мы стояли, пораженные увиденным, пораженные мужеством этого человека. Когда проверили документы — партийный и военный билеты, узнали, что он уроженец ЧИАССР, старший лейтенант пограничных войск. Фамилию его я запомнил — Барханоев. Нам приказали похоронить его с подобающими воинскими почестями. Он был погребен под оружейный салют. Не знаю, кто он по вероисповеданию, но мы поставили на его могиле столбик».

История Второй мировой войны не знает второго подобного случая, когда фашисты с воинскими почестями хоронили своих врагов.

Ширвани Устарханович Костоев

Отличился при освобождении города Кенигсберга. Находился в Красной Армии с 1941 года. По окончании военной школы пилотов в 1942 году Костоев проходил службу в авиаполках штурмовой авиации на должностях пилота, летчика, старшего летчика и командира звена. Служил в Саратове, потом в Чите. Принимал участие в боях на Курской дуге, при штурме Кенигсберга и при взятии Берлина. Трижды был подбит фашистами, совершил более сотни боевых вылетов. Капитан авиации Ширвани Устарханович Костоев потопил в Балтийском море немецкий военный корабль. Награжден орденом Боевого Красного Знамени, орденами Отечественной войны I и II степени, орденом Красной Звезды, медалями «За взятие Кенигсберга», «За взятие Берлина».

В послевоенный период Ширвани Костоев служил в Риге. 6 августа 1949 года погиб в авиакатастрофе при испытании самолета.

Спустя 50 лет указом Президента России Ширвани Костоеву посмертно присвоено звание Героя Российской Федерации. Подвиги ингушского летчика вошли в историю Ингушетии и Российского государства.

Николай Дмитриевич Гайтукиев

Ушел на фронт в начале 1942 года. Участвовал в Сталинградской битве. Из четырех батальонов мотострелкового полка после боев за Сталинград осталось 70 человек. В 1944 году Гайтукиеву пришлось пойти на хитрость, чтобы остаться на фронте вместе с товарищами.

«Меня вызвал командир и сказал, что меня увольняют, поскольку пришел приказ Сталина уволить всех представителей высланных народов, в том числе чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев, и ему придется исполнить этот приказ. Несмотря на то, что вместе пришлось защищать Сталинград, вместе есть из одного котла, вместе ходить в разведку, — рассказывал ветеран. — Тогда я попросил дать мне возможность зайти к полковому писарю. Писаря я уговорил заполнить на меня новую боевую книжку и попросил оставить фамилию Гайтукиев, а вместо имени и отечества написать Николай Дмитриевич, вместо национальности «ингуш» указать — «русский».

С этой книжкой он зашел к командиру и попросил поставить печать. Тот рассмеялся, поставил печать и расписался. Так что Гайтукиев демобилизовался из рядов вооруженных сил уже только после войны. Он признался, что не стал менять фамилию, так как думал о родных, которые его будут искать по фамилии. До сих пор солдат войны значится по документам как Гайтукиев Николай Дмитриевич, по национальности русский.

Абадиев Японц Асакиевич

Родился в 1906 году. Майор, командир 126-го кавалерийского полка 28-й кавалерийской дивизии. Представлен к награждению орденом Красного Знамени. В Красной Армии с 1924 года.

В бою 19 августа 1941 года, действуя в передовом отряде, первым атаковал противника в селе Сурско-Литовское, нанес поражение и уничтожил с товарищами до двух рот противника. Полк под командованием майора Абадиева выбил противника из села. В дальнейшем подвергнувшись танковой атаке, умело организовал её отражение. В боях с 20 по 23 августа 1941 года прикрывал выход дивизии из боя и проявил себя мужественным и храбрым командиром.

Братья Манкиевы — Аюп и Абукар

Воюя на северном рубеже, прикрывавшем подступы к Ленинграду, отличились уроженцы села Долаково Назрановского района, двоюродные братья — снайперы Аюп и Абукар Манкиевы. На страницах газеты «Северный фронт» в 1942 году была напечатана статья «Братья Манкиевы продолжают счет», в которой отмечалось: «Аюп и Абукар Манкиевы — ингуши, они приехали на фронт в северные леса с цветущего Кавказа. И здесь, на нашем участке фронта, мужественно и храбро защищают свою Родину. Сначала Аюп был рядовым стрелком, а Абукар — пулеметчиком. Оба отличные стрелки, они научились снайперскому делу и показали всем бойцам, как надо истреблять немецких захватчиков. Абукар Манкиев за три дня засады истребил четырнадцать немцев, Аюп убил в одном бою около тридцати немцев. Сейчас счет братьев Манкиевых составляет более двухсот истребленных гитлеровцев».

Помощник командира взвода 66 гвардейского стрелкового полка 23 гвардейской стрелковой дивизии сержант Аюп Манкиев был награжден 23 марта 1942 года медалью «За отвагу», а в феврале 1943 года — орденом Красной Звезды. Между тем скупые строчки из его наградного листа свидетельствуют, что герой-снайпер был достоин гораздо большей награды: «С февраля месяца сего года по 15 сентября 1942 г. тов. Манкиев имел на своём счету 113 истребленных им гитлеровцев. В первом сражении, где он действовал со снайперской винтовкой, истребил 35 фашистов».

Старший сержант того же полка Абукар Манкиев за период 1941-1943 гг. трижды был ранен, а в июле 1943 года представлен к ордену Красной Звезды. В наградном листе написано: «Дисциплинированный, мужественный и отважный снайпер. Участник боёв на протяжении всей Отечественной войны. Овладев искусством снайпера, беспощадно уничтожает немецких солдат и офицеров. На его счету имеется 75 уничтоженных немцев».

Добавить комментарий

Новости