Трудные дети — от невнимательных родителей

Как в Ингушетии дети оказываются на учете подразделений ПДН, и что делается для их воспитания

Подписывайтесь на канал «Ингушетия» в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

0

В начале этого года во дворе своего дома повесился 15-летний подросток-лицеист из благополучной ингушской семьи после отказа матери купить очередную безделушку.

Какие ошибки в воспитании могли к этому привести и как предотвратить подобные трагедии, знает начальник отдела по организации деятельности участковых уполномоченных полиции и подразделений по делам несовершеннолетних МВД РФ по РИ Борис Кусиев.

Он рассказал газете «Ингушетия» о трудных детях, об их перевоспитании и просто о том, как правильно строить отношения со своим чадом.

Под неусыпным вниманием подразделений по делам несовершеннолетних всего по республике находятся 66 подростков в возрасте от 12 до 18 лет. Борис Кусиев считает, что в соотношении с общей численности детского населения (более 150 тыс. детей и подростков) это не большая цифра для такого небольшого региона как Ингушетия.

Как дети попадают на учет ПДН

Когда чрезмерная активность ребенка доходит до хулиганства с вредительством, то его поведение, по словам Кусиева, уже требует контроля со стороны.

— К нам попадают самые тяжелые дети. Их баловство доходит подчас до административного правонарушения. Например, их ловили за порчей школьного имущества, курением, дракой с особой жестокостью. Или, к примеру, отец передает несовершеннолетнему сыну автомобиль, на котором он куролесит. Если такого остановят сотрудники ГАИ, то он тоже окажется на нашем учете. Как правило, жалобы на них поступают от школьных учителей. Мы контролируем не только образовательные, но и детские социальные и социально-реабилитационные учреждения, — рассказал Б. Кусиев.

Для подобных детей в местах их обучения организуются лекции, беседы, в ходе которых инспекторы ПДН и разъясняют, что такое «хорошо» и что такое «плохо».

Борис Кусиев опроверг широко распространенную информацию о том, что на учет в ПДН ставят и школьников, регулярно молящихся, или учениц в хиджабе, за которым потом якобы осуществляется негласный надзор.

— Это слухи. Что такого, если дети молятся?! Мои дети, например, тоже молятся, и это нормально. Берем на учет только тех школьников, чьи взгляды на жизнь отличаются религиозным экстремизмом, — отметил Кусиев.

Большинство из трудных детей — из состоятельных семей

Трудные дети из списков ПДН относятся в большинстве своем, как ни странно, не к малоимущим семьям, а к семьям с достатком. Борис Кусиев отмечает, что на путь хулиганства их приводит не бедность, а отсутствие внимания со стороны родителей. Поэтому подведомственный ему отдел занимается не только сложными подростками, но и их небрежными родителями. Их оказалось даже больше, чем детей — 96 родителей, с которыми также работают инспектора ПДН. Повышенный интерес к ним Борис Кусиев объясняет тем, что именно их халатность может привести в итоге к беспризорности детей.

— Бывает, что семья живет бедно, но в доме спокойная обстановка, взаимопонимание. И мы можем быть спокойны за ребенка, зная, что с ним ничего не произойдет. Трудные дети выходят в основном из семей с достатком, но где есть разлад, непорядок, ребенок предоставлен себе, отсутствует контроль со стороны родителей. Нам тогда и за родителями нужно следить. А требуется всего-то хотя бы пять минут уделять ребенку. Между детьми и родителями не должно быть секретов. Родители должны знать, чем живут их дети, — отметил Б. Кусиев.

К работе с нерадивыми родителями подключают старейшин, религиозных деятелей.

Случаи нетипичного для ингушского общества поведения со стороны родителей редко, но встречаются, отмечает Б. Кусиев. И тогда дело доходит даже до лишения родительских прав. В качестве примера он приводит реальный случай с жительницей Малгобека, чей малолетний сын уже ступил на преступную стезю из-за недобросовестной матери.

— Мальчику сейчас 15 лет, а он уже совершил два уголовных преступления — угон, кражу. По ним сейчас ведется следствие. Есть большая вероятность того, что он получит реальный срок лишения свободы. В данном случае подросток оказался без отца, с матерью не совсем правильного поведения, без всякого присмотра, воспитания. Да, мы добились того, чтобы ее лишили родительских прав. Мальчика передали дяде, но он ведь уже привык к вседозволенности, и не смог жить в нормальных условиях. От дяди он сбежал с большой суммой денег, — рассказал он.

На вопрос о том, может ли тюрьма (для малолетних — колония-поселение) окончательно лишить подростка возможности когда-нибудь социально адаптироваться, приобрести адекватные человеческие ценности и поведение, Б. Кусиев отвечает отрицательно.

— Я думаю, если все-таки его посадят, то он выйдет оттуда исправившись. Чисто даже из-за нежелания попасть туда повторно, — подчеркивает он.

За первые пять месяцев 2016 года в РИ подростками совершено четыре преступления с уголовным наклоном. Трое из нарушителей — подопечные ПДН. Кто-то из них отобрал у кого-то телефон, проник в чужую квартиру. Но, в целом, по словам Б. Кусиева, подопечные ПДН не так часто идут на подобные преступления. В последнее время инспекторы ПДН также борются с попытками отдельных жителей Ингушетии приучить детей к попрошайничеству.

— Местные иногда тоже этим занимаются и детей своих подбивают. Часто прикрываются псевдоболезнями, клянча деньги на лечение. Такими родителями занимаемся не только мы, но и участковые, и даже оперативники. В Назрани, Малгобекском районе у нас есть случаи, когда мы из-за этого ходатайствовали перед судом о лишении родительских прав, — отметил Б. Кусиев.

Нельзя выполнять любую прихоть ребенка

Это, по мнению Б. Кусиева, взращивает в нем эгоиста. По своей службе он не просто работает с трудными детьми, но и подыскивает более эффективные способы их воспитания.

— Родители часто чересчур балуют подарками, никогда не отказывают. А ребенка в чем-то нужно ограничивать, иначе он привыкает, перестает дорожить этим. И даже редкий отказ могут очень остро воспринять. Как в случае с 15-летним мальчиком, повесившимся из-за ерунды. Он из хорошей семьи, где мать заботится о детях, не отказывает в их запросах. Поэтому это очень опасно все время покупать все, что им хочется. Я тоже балую своих детей деньгами на карманные расходы, но не всегда, — подчеркивает собеседник.

Б. Кусиев советует родителям на просьбу ребенка о покупке очередной игрушки предложить ему вместо этого купить что-то практичное.

— Например, предложить купить обувь младшему брату или сестре или что-то необходимое по дому. Надо приучать ребенка думать не только о себе, но и о других. К сожалению, не все прислушиваются к таким советам, но потом могут пожалеть об этом, — подчеркивает Б. Кусиев.

Наказание проступка ребенка битьем он считает не самым конструктивным методом воспитания. Более действенными он считает наставительные беседы.

— Меня, к примеру, в детстве отец воспитывал нотациями. И мне было намного труднее выслушивать его речь, чем терпеть боль от порки, — поделился Борис Кусиев.

Детям из крайне нуждающихся семей, пусть и не числящимся как трудновоспитуемые, также нужно уделять внимание, считает он.

— Такие дети тоже должны чувствовать внимание со стороны общества. Если нет у ребенка ботинок, то лучше их купить ему, чтобы завтра все-таки ему не пришло в голову их где-нибудь своровать. Инспектора ПДН в каждом районе оказывают посильную помощь таким детям. Мы стараемся заранее узнать, в чем именно из жизненно необходимого нуждается ребенок. На внебюджетные средства приобретаем что-то из одежды, обуви, — сказал Б. Кусиев.

И из беседы с Борисом Кусиевым вытекает, что трудновоспитуемые дети — это не обязательно будущие преступники, несмотря на их хулиганство. Наш собеседник не может назвать случаи, когда бы их бывшие подопечные, повзрослев, попадали в криминальные сводки.

Подписывайтесь на канал «Ингушетия» в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Добавить комментарий

Новости