Шаги преодоления

Жизнь показала, что так бывает

Подписывайтесь на канал «Ингушетия» в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

0
Диана Хочубарова (справа)

Она боялась заснуть в эту ночь, потому что, проснувшись, боялась вновь оказаться в коляске. Всего полтора года легли между двумя жизнями нашей героини, на «до» и «после». Удивительная история нашей героини напоминает сюжет какого-нибудь приключенческого фильма, потому что в жизни так не бывает, сказали бы мы. А вот жизнь показала, что бывает.

Диана Хочубарова была единственным ребёнком у своих родителей, которые рано развелись. Она жила с бабушкой и дедушкой по матери. Отец умер лет пять тому назад, а у мамы, когда Диане исполнилось 17 лет, появилась другая семья, и к счастью она подарила ей сестру и братика. Живёт она рядом, неподалёку, так что вниманием и заботой старшую свою дочь не обделила. Диана же росла счастливой и довольной жизнью. Её весёлый нрав, светлый взор и редкое обаяние захватывали любого с первых же минут общения. «Её просто невозможно не полюбить», — говорят о ней все, кто знаком с ней. Сама же, по телефонному разговору, я поняла, что девушка очень позитивная, искрящаяся и открытая.

Впервые о ней я услышала этой зимой от волонтёра учебного центра для незрячих Лизы Харсиевой. Ее поразила история, случившаяся с нашей героиней, после чего та стала «колясочницей», и восхитила сила её духа и то, как мужественно девушка приняла приговор судьбы. А ей было всего 23 года.

После окончания школы Диана поступила на экономический факультет Ингушского государственного университета на заочное отделение и вышла на работу организатором в свою родную школу № 5 г. п. Сунжа, где проучилась 11 лет. На работе всё ладилось. Быть организатором с её природными данными, с её коммуникативными способностями не составляло труда. Диана к тому же удивительно красивая девушка, очень общительная и весёлая. Её полюбили все: и педагоги, которые знали её как бывшую ученицу, и учащиеся школы. А от женихов и вовсе отбоя не было. Со всеми своя, со всеми родная и близкая, маленькая и хрупкая. Её по-доброму называли Дюймовочкой. Она не умеет злиться, держать обиду на кого-то, если даже и есть повод. Как-то на уроке физкультуры, который она вела по замещению, старшеклассники по неосторожности сбили её баскетбольным мячом, да так, что она потом с сотрясением мозга лежала в больнице. А в следующий раз она получила сотрясение мозга, когда горячие джигиты неудачно её попытались «украсть».

— Дед мне потом говорил: «Ты слишком открытая, со всеми общительная, лёгкая. Тебе надо научиться быть чуть пожестче, посерьёзней», — говорит Диана. — А я вот такая, какая есть, я просто не умею быть другой.

Рано утром 24 февраля 2015 года Диана как обычно пришла на работу. Её слегка знобило, болела голова, была какая-то общая слабость в теле. Она позвала дедушку, чтобы он отвёз её домой, и вышла на воздух. И тут же потеряла сознание, где её и увидели школьники, выбежавшие на перемену. Вызвали скорую. Диана долго не приходила в сознание, и вот к вечеру очнулась. Тело её абсолютно не слушалось. Она была полностью парализована, не могла даже пошевелить рукой. Говорить, какие чувства она испытала, что пережила в эти дни, она не может и сегодня. Бежали секунды за секундами, минуты за минутами, отбивая в её голове удары, словно молотом. И так прошли две недели. Врачи не могли понять причину её состояния, не находили никакой патологии. «Ищите что-то другое», — посоветовали они и выписали Диану домой. Через три недели, превозмогая боль, Диана смогла сесть.

— Сесть в коляску, — говорит Диана, — мне её принесла подруга бабушки. Это было так жутко, я так не хотела смириться с такой участью. Начать жизнь совершенно неведомую. Дядя ещё пошутил для разрядки. «На, — говорит, — рули теперь, она тоже на колёсах». Я за две недели до моей болезни записалась на курсы водительские, очень хотела водить машину. И вот села, так сказать, в коляску.

В Исламском центре, куда потом повезли родственники Диану, сказали, что на неё навели «порчу» и «сглаз». Стали лечить. Она слушала суры из Корана, проповеди богословов.

— Боль от того, что со мной произошло, стала постепенно отпускать, — говорит она. — Я стала смиренно принимать то, что есть, понимать, что всё по воле Аллаха. Я стала думать больше о матери, которая болеет онкологией, о бабушке и дедушке, о родных и близких, которые очень переживали за меня, ради них я старалась держаться, взять себя в руки, привыкать жить по-другому. Не всегда получалось, порой длинными ночами не смыкала глаз, всё думала и страдала. Но постепенно привыкала. Стала видеть других больных, таких как я, и гораздо хуже. Стала ценить то, что имею, и в мыслях просить прощение у Всевышнего за свои слёзы.

Однако успокоиться на заключении местных врачей родственники Дианы не могли. Мама поехала с ней в Москву, они прошли лучшие клиники, их смотрели лучшие врачи. Диана даже согласилась на спинномозговую пункцию. Уже были рады услышать хоть какой-то диагноз, чтобы понять, что происходит. Но и здесь обследование ничего не выявило. Врачи, видавшие всякое, осторожно советовали: лечитесь у духовных лиц. Но и предложили пройти восстановительный курс в реабилитационном центре им. Альбрехта в Санкт-Петербурге, куда они выехали 4 июля этого года. А за две недели до этого, как раз в месяц Рамадан, Диана почувствовала свои ноги, они словно просыпались, покалывали, как бы играючи иголочками. Каждый день приходила массажистка Фатима Цечоева, которая ради Всевышнего без копейки денег проводила курс лечения.

Вечером соседка по палате предложила Диане пройтись с ней по коридору, опираясь на неё. К тому времени она уже более двух недель занималась на тренажёрах. Ноги никак не хотели слушаться и волочились по полу, и вот шагов через 15-20 она её отпустила, и Диана пошла. Пошла сама, преодолевая шаг за шагом, с болью и с радостью, тяжело и легко, словно вовсе и не она, словно всё, что с ней происходило, было во сне, радуясь и плача, закрывая лицо руками, чтобы ощутить реальность.

— Это было что-то неописуемое, невероятное, необъятно счастливое и страшное. Я сделала несколько шагов и боялась сесть, потому что боялась снова не встать. Всю ночь напролёт боялась уснуть, потому что боялась проснуться в прежнем состоянии. Это вам просто не передать. На следующий день я вновь пошла. Уже к вечеру подарила свою коляску парню из Ингушетии, тоже колясочнику, чтобы больше не садиться в неё. Подарила со словами надежды, чтобы Аллах сделал счастливым и его. За меня радовались все: и врачи, и работники отделения во главе с лечащим врачом Еленой Яровой. Радовались за меня и там, в Ингушетии: родные и близкие, главврач СЦРБ Рейхант Сейнароева, весь коллектив неврологического отделения во главе с Айшат Батыговой, врачи Милана Дзейтова, Фатима Костоева, мои коллеги, директор школы Зина Евкурова, мои ученики, соседи. Я всем им безмерно благодарна.

За эти полтора года я многое переосмыслила, совершенно изменила свои представления о ценностях. Стала по-другому любить своих родственников. Мои двоюродные братья и сестры приезжали ко мне почти каждый день, приходили друзья и коллеги, подруги и мои ученики. Они ни на минуту не оставляли меня одну, заставляли выходить из дома, посещать мероприятия, родную школу. Это было тяжелее всего — ехать по коридорам, где ты пробегала столько лет на двух ногах. Но к новой жизни я тоже стала привыкать, смирилась с коляской, начала жить активной жизнью, закончила вуз, прямо в коляске въехала на госэкзамен и защитила дипломную. Я стала рисовать, прошла косметологические курсы, ходила на мастер-класс по японской лепке к Макке Томовой вместе с Лизой Евлоевой, научилась готовить торты, интересные блюда, пробовала мыть полы на коленях. А самое главное, я научилась читать Коран.

Всё, что произошло со мной, пошло мне во благо. Альхамдулиллах! Я помню каждый свой день, прожитый за эти полтора года, помню каждое переживание, каждую ночь, проведённую без сна до рассвета. Но всё это уже в прошлой жизни, — рассказывает Диана.

Как-то девушка смотрела передачу про Лизу Евлоеву. «Я так мечтала познакомиться с ней, — сказала она в слезах и с горечью своей двоюродной сестре, — но вот теперь и сама села в коляску». На второй день Лиза Евлоева вместе с мужем навестили Диану в её доме. Ей в «Инстаграме» написала об этом сестра Дианы. Они долго общались с Лизой, делились своими переживаниями, стали созваниваться потом друг с другом, ходить в гости. Лиза всячески помогала молодой девушке, советовала ей, поддерживала её во всём.

— Я никогда этого не забуду, — говорит Диана, — Я имела счастье ощутить поддержку удивительного содружества колясочников. Вам не передать, как они умеют поддержать тебя и дать тебе силы, дать надежду. Меня буквально вытаскивала из дому Лейла Дзейтова. «Ты должна ходить и ходить», — говорила она. То же самое делала и Мадина Ахильгова: звонила, приходила, куда-то тянула. Они все стали такими родными, такими близкими. Как я их люблю и как им за всё благодарна. Пусть Всевышний одарит их таким же счастьем, которое испытала сегодня я. В день, когда я сделала свои первые шаги, я дала себе слово, что всю жизнь, как смогу и когда смогу, буду поддерживать колясочников, потому что знаю, каково это. Я даже знаю, кто будет моим первым подопечным. А пока своей историей хочу дать веру и надежду всем, кому сегодня тяжело. Никогда не отчаивайтесь, просите Всевышнего, уповайте на его милость и довольствуйтесь тем, что он дал нам.

Сейчас Диана вместе с мамой всё ещё в Питере, она должна до конца пройти курс реабилитации, но очень хочет домой, хочет обнять всех своих родных и вместе с ними радоваться своей победе.

Подписывайтесь на канал «Ингушетия» в Telegram, чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.

Добавить комментарий

Новости