Талантливый ингушский артист Магомед-Гирей Хатоевич Хадзиев был человеком в самом высоком понимании этого слова, который относился к миру, не различая людей по национальной и религиозной принадлежности. «Если получилось заглянуть хотя бы в одну человеческую душу и озарить ее звездным свечением в ночи, я считаю, мы на правильном пути», — говорил он.
Однажды, когда Магомед-Гирея Хатоевича попросили рассказать о своем видении человеческого бытия, он сказал, что очень хотел бы, чтобы все люди на Земле уважали и ценили друг друга и понимали, что только добро может победить. Магомед-Гирей Хадзиев вырос в семье, где слово с делом не расходились никогда, и эту же черту беспредельной ответственности он принес с собой в театр, и остался верен данному принципу до конца своих дней.
Магомед-Гирей Хадзиев был человеком необыкновенного благородства с широким диапазоном творческого дарования. Он был, и в нашей памяти останется одним из ведущих мастеров сцены государственных театров Чечни и Ингушетии, потому как мог сыграть любую роль, начиная от комической и кончая трагической. К каждой роли, будь то маленькой или большой, он находил самые верные и пронзительные интонации, какой-то особый подход. При этом он был бесконечно искренен, углубленно изучал и оттачивал любой образ, и всегда находил в них невидимые штрихи, чтобы показать зрителю, насколько тонко он чувствует свою миссию. Поэтому многогранный талант М-Г. Хадзиева не мог оставить равнодушными тех, кто хоть однажды видел его на сцене. За искреннее служение искусству и верность избранной профессии этого человека называли совестью театра, а любили и уважали за большое и благородное сердце.
Биография
Магомед-Гирей Хатоевич Хадзиев родился 18 марта 1935 года в селении Камбилеевка Пригородного района. Рос мальчик в многодетной, но очень дружной и богобоязненной семье. Его отец рано ушел из жизни, умер от болезни еще до начала Великой Отечественной войны. После смерти Хато все тяготы по воспитанию девятерых детей легли на мать семейства, которая трудилась не покладая рук, чтобы прокормить их и вырастить достойными людьми.
В свои девять лет отроду Магомед-Гирей оказался вместе с народом в депортации. Здесь в г. Щучинске Кокчетавской области в 1945 году он пошел в школу. Мама работала от зари до зари, и Магомед-Гирей после занятий в школе бежал поскорее домой, чтобы помочь маме по хозяйству. Также Магомед-Гирей очень прилежно относился к учебе и принимал активное участие в различных школьных мероприятиях. Он был душой одноклассников, потому как был находчивым, озорным и очень верным товарищем.
Как-то, будучи учеником 2-го класса, ему предложили сыграть в школьном спектакле и дали роль Хлестакова в комедии Гоголя «Ревизор». Дебют будущего артиста оказался блестящим! Более того, именно этот школьный спектакль помог театру запасть ему в душу. Мальчик много читал и мысленно готовил себя к работе в театре. А когда он вслух говорил кому-то о своей мечте, мало кто поддерживал его, ссылаясь на то, что с возрастом все это пройдет.
Жизнь после ссылки
Семья Хадзиевых вернулась на Кавказ в 1958 году, но поселиться в родном доме в селе Камбилеевка они не смогли. Поиски постоянного места жительства отняли у большой семьи много времени, но Магомед-Гирей, который не изменил своей детской мечте, прежде всего решил определиться с местом учебы и поступил в Грозненское культурно-просветительское училище, после которого уже не мыслил себя вне театрального искусства. Можно смело сказать, что именно в этот период театр стал его жизнью. В числе первых он пришёл в только что открытый после возвращения ингушей и чеченцев Чечено-Ингушский государственный театр имени Ханпаши Нурадилова в Грозном и сразу же привлек к себе внимание творческих людей и администрации театра. Талантливый от природы, Магомед-Гирей, как и первые кинорежиссеры из ингушей, получившие профессиональное образование после депортации — М. Дакиев, С. Мамилов, М. Цицкиев, заявил о себе, как о незаурядной личности. Он всецело погрузился в театральную жизнь, и со временем стал настолько ярким актером, что одно его появление на сцене уже заставляло зрителя смотреть и слушать его игру, затаив дыхание. Менялись образы его героев, для которых он вкладывал весь свой талант, и каждый из них оставлял отпечаток в сердце актера. Отсюда можно было утверждать, что его профессионализм покорял самую изысканную публику.
Роли и спектакли
Театральные критики отмечают, что 60-е годы прошлого столетия были очень продуктивными в работе Грозненского драмтеатра. Казалось, что и актеры, и режиссеры, пережившие страшные годы депортации, когда были изолированы от культуры, пытались таким образом наверстать упущенное. Афиши пестрили новыми названиями постановок, которые сменялись с завидной периодичностью. В них все больше и больше начали появляться фамилии драматургов из числа ингушских и чеченских авторов.
Также Грозненский драмтеатр ставил известных русских и западноевропейских драматургов. И надо сказать, что почти во всех спектаклях играл Магомед-Гирей Хадзиев.
В числе первых спектаклей, поставленных Чечено-Ингушским государственным драматическим театром имени Х. Нурадилова после своего возрождения, была героическая драма «Асланбек Шерипов» по одноименной пьесе Халида Ошаева. В этом спектакле Магомед-Гирей Хадзиев сыграл роль муллы. Это был его дебют, сыгранный со знаком «отлично».
Вслед за ним был поставлен озорной и веселый спектакль «Храбрый Кикила», в котором Магомед-Гирей исполнил роль судьи. Эта работа еще раз дала зрителю понять, что перед ними выступает человек, который мастерски справляется как с трагическими, так и с комическими ролями.
С каждым днем все больше и больше появляются и другие роли в репертуаре М-Г. Хадзиева. Это непревзойденные актерские исполнения в спектаклях, поставленных по пьесам великих классиков драматургии Шекспира, Гольдони, Мольера, Шиллера и др. Как отмечали критики, роли Магомед-Гирея Хадзиева в этих и других постановках были неповторимы, потому как актер всегда находил удивительные детали и штрихи к своим образам: то ли взглядом, то ли речью, но никогда не доставлял зрителю возможность скучать.
Летом 1971 года, когда Чечено-Ингушский драмтеатр открыл свой сезон с московских гастролей, одним из первых заявленных актеров на театральных подмостках столицы был Магомед-Гирей Хадзиев, который превосходно сыграл ведущие роли в четырех выдающихся спектаклях: «Асланбек Шерипов», «Бессмертные», «Петимат» и «Кровавая свадьба». Этими постановками перед московским зрителем были представлены героические страницы истории народов Чечено-Ингушетии.
Надо сказать, что московские СМИ отмечали тогда, что Грозненский драмтеатр в своих работах поднимает вопросы не только исторического характера, но и вечные темы добра и зла, чести и бесчестия, любви и ненависти, дружбы и предательства, долга и преданности.
Необходимо отметить, что Магомед-Гирею Хадзиеву всегда были близки народная поэзия и фольклор, поэтому ему нравилось исполнять роли на старинные народные мотивы, в числе которых была и постановка «Песни вайнахов» по пьесе Руслана Хакишева, получившая в 1977 году высокую Государственную премию РСФСР.
«Эта работа была наполнена особым душевным состоянием, — вспоминал Магомед-Гирей Хатоевич. — В этом спектакле пели и танцевали почти все актеры. Причем пели со всем темпераментом и душой! А иначе и нельзя было, потому как это было глубоко народное произведение, народное по духу и содержанию, традиционное вроде бы и в то же время какое-то оригинальное. Но заслуга в этом принадлежала не только режиссеру, но и исполнителям, которые вкладывали в свои роли всю свою душу. В каждом актере здесь проявлялись черты яркого мастерства, уникальности, музыкальности и большого таланта. К примеру, лично я всем сердцем и душой принял этот спектакль и эту роль, за которую получил Государственную премию РФ имени К. Станиславского. Здесь показаны обычаи и традиции, менталитет двух братских народов: ингушского и чеченского. Эта постановка учит людей, как правильно строить жизнь, быть рассудительными и сдержанными во взаимоотношениях с другими людьми и нациями, а также показывает, что нельзя поддаваться сиюминутным эмоциям и панике».
Судьба ингушского драмтеатра
Как мы знаем из недавнего прошлого, ингуши всегда мечтали о создании своего профессионального театра. И герой нашего повествования много сил и внимания отдал для того, чтобы ингушские парни и девушки, также как и он влюбленные в театральное искусство, пошли учиться и стали профессиональными актерами и театроведами. Стало быть, не без участия Магомед-Гирея Хадзиева в 1973 году из Чечено-Ингушетии в Ленинград была отправлена группа молодых людей ингушской национальности для поступления в Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии имени Н. Черкасова (ЛГИТМИК), в стенах которого была образована национальная студия под руководством В. В. Меркурьева и И. В. Мейерхольда.
Через пять лет, когда ингушская труппа в составе Р. Наурбиева, И. Бекова, Т. Яндиевой, Л. Эсмурзиевой, А. Кодзоева и др. вернулась в республику и вошла в состав Чечено-Ингушского драматического театра имени Х. Нурадилова, Магомед-Гирей Хадзиев стал для них духовным наставником. Под его началом ингушская труппа в 1979 году впервые выступила с премьерой спектакля по пьесе Саида Чахкиева «Когда гибнут сыновья» и показала блестящий результат.
В следующем году на сцене драматического театра состоялась вторая премьера спектакля по пьесе С. Чахкиева «Мой мальчик», в котором главные роли сыграли выпускники ЛГИТМИК и ведущие актеры театра — Магомед Цицкиев и Магомед-Гирей Хадзиев.
В 1984 году состоялись очередные московские гастроли Чечено-Ингушского драматического театра имени Х. Нурадилова. За две недели гастролей в Москве было поставлено семь спектаклей, поразивших московскую публику, из них три были поставлены ингушской труппой. Яркое впечатление на зрителей произвела игра актеров, в числе которых покорял виртуозностью исполнения своих ролей Магомед-Гирей Хадзиев. Все центральные СМИ отмечали тогда, что гастроли Чечено-Ингушского драмтеатра в Москве стали настоящим театральным праздником. В основном ценителей искусства и критиков поразил феномен горского темперамента наряду с виртуозностью игры ингушских мастеров сцены. Но самым настоящим триумфом ингушской труппы оказалась постановка гоголевского «Ревизора» — очень смелая, раскованная, с блестящими режиссерскими и актерскими находками, она являлась одной из заметных удач в сценической истории этой пьесы во второй половине ХХ века. Так, по крайней мере, оценивали эту работу многие театральные критики. Постановки спектакля, его эксцентричная и музыкальная стилистика, основанная на актерской пластике и темпераменте, понравилась всем без исключения.
Но ингушские артисты выступали не только на подмостках своего театра и в крупных городах, но очень часто выезжали в отдаленные районы Ингушетии, в Назрань, где зрители с нетерпением ждали встречи с ними. Огромную радость доставляли артисты в том числе и жителям Пригородного района СОАССР. Они выезжали в сёла и поселки, где жили ингуши и ставили перед ними небольшие спектакли, а также выступали с монологами. Магомед-Гирей признавался позднее, что ему, как и другим актерам, выступать на своей исторической родине было намного приятнее, чем в других местах. Во время игры актеры настолько были преисполнены особыми чувствами любви к Отечеству и своим землякам и вели себя на сцене так естественно, что зрители забывали, что они просто исполняют свои роли. Такие встречи оставляли незабываемые впечатления.
Наверное, сегодня многие жители нашей республики с волнением и трепетом вспоминают день, когда ингушская труппа театра в очередной раз приехала в Назрань после триумфальных гастролей в Москве, и на сцене городского Дворца культуры показала отрывки из блестяще сыгранного им в столице спектакля «Ревизор», в котором М-Г. Хадзиев играл одну из главных ролей. Это было 27 мая 1986 года, когда после выступления артистов было решено, что во Дворце культуры Назрани будет открыт филиал Чечено-Ингушского драматического театра имени Х. Нурадилова. И в 1987 году, во многом благодаря желанию ингушей иметь свой национальный театр, вышло постановление Совета министров ЧИАССР об образовании Ингушского государственного драматического театра.
О первых годах становления ингушского театра трудно говорить и писать без волнения. Сказывались трагические события в Пригородном районе, а также напряженная обстановка в Чеченской Республике, но актеры и режиссеры понимали, что театр нужно поднимать. В начале 90-х, когда была образована Ингушская Республика, Магомед-Гирей Хадзиев вместе со своим театром переехал в Назрань и до последнего дня своей жизни оставался верен своему выбору, несмотря на то, что жизнь тогда была нелегкая, и многие работники культуры вынужденно стали заниматься бизнесом.
Сложные социально-бытовые условия и переживания от последствий военного конфликта в Чечне сказывались на состоянии здоровья многих ингушей, которые годами проживали в Грозном. Коснулось это горе и семьи Магомед-Гирея Хадзиева, который лишился жилья и был вынужден арендовать жилище на территории Ингушетии. Конечно, всем было нелегко. Но такие представители творческой интеллигенции, в число которых смело можно отнести и нашего героя, своим примером и отношением к искусству объединяли людей и не давали впадать в депрессию.
Воспоминания коллег, друзей и родных
Коллеги и друзья М-Г. Хадзиева отмечали, что он не любил играть пафосные роли, а старался показать со сцены людей трудолюбивых, добрых и честных. При этом все говорят, что Магомед-Гирей Хатоевич не любил делить роли на большие и маленькие: для него любое воплощение было ознаменовано тем, что он пропускал через себя всю боль и радость своих героев. «Мы помним, как тщательно Магомед-Гирей Хадзиев готовился к каждой встрече со зрителем, — вспоминают сейчас актеры Ингушского драмтеатра. — И надо сказать, что наблюдать за ним, когда он в буквальном смысле слова вгрызался в образ, было одно удовольствие».
Вот как о творчестве ингушского актера М-Г. Хадзиева отзывался режиссёр, Народный артист РСФСР Мималт Мусаевич Солцаев: «Лучшей чертой характера Хадзиева являлось неугасаемое желание творить, потому как он до мозга костей был предан избранной специальности. Магомед-Гирей Хатоевич умел работать в любом жанре. Таких артистов лично я знал мало. И когда он находился на пике славы, все театральные критики отмечали, что лучшего актера просто не найти. При этом, с ним всегда легко и свободно было работать. Во-первых, это была его непревзойденная пунктуальность. Я не помню ни одного случая, чтобы когда-нибудь Магомед-Гирей опоздал на спектакль, репетицию и таким образом подводил коллектив, своих товарищей, режиссера. А в быту мне нравилась его честность, безукоризненность, готовность в любую минуту прийти коллегам на помощь. Также нельзя не отметить, что Магомед-Гирей Хадзиев любил справедливость, прямо и не двузначно высказывал свою точку зрения. Если не будешь таким, то не стоит жить и топтать землю, — любил он говорить. Таким он и останется в памяти людей».
Также из многих других воспоминаний более молодых коллег нашего героя видно, что к Хадзиеву было почтительное отношение, и не только со стороны актеров. Рассказывают, что Магомед-Гирея искренне уважали во всем культмассовом сообществе, у него просили совета, делились самым сокровенным. И он всегда помогал, поддерживал как мог.
«Неизвестно, как сложилась бы судьба нашего театра, если бы не отдали себя всецело театру наши мэтры Магомед-Гирей Хадзиев и Магомет Цицкиев, которые на своих плечах вынесли основные тяготы по созданию и сохранению ингушского театра, — говорит заслуженный деятель культуры Ингушетии Дугурхан Кодзоева. — Именно они, как наставники, помогали молодым актерам, и надо сказать, что мы были хорошими учениками и многое брали у них, за что безмерно благодарны им. Особенно хочется сказать про Магомед-Гирея Хатоевича — человека, фанатично преданного своему делу, деликатного, интеллигентного, добродушного и отзывчивого. Общаясь с актерами сегодня, можно убедиться в том, что все, кто хоть раз работал с Магомед-Гиреем, искренне благодарны ему за уроки и наставления, которые он давал им, когда они были совсем молодыми и неопытными. Безусловно, в нём был огромный педагогический и наставнический талант, которым он щедро делился».
«Мой отец был очень добрым и благородным человеком, ценил людей и дружбу с ними, — вспоминает старший сын актера Муса Хадзиев, ныне директор Ингушского ТЮЗа. — Но больше своей жизни он любил театр и свой народ. В общем, можно сказать, что все творческие люди из 60-70-х годов ХХ века были талантливыми и интересными личностями. После пережитой депортации, после невосполнимых потерь и лишений они всем сердцем отдавались работе, болели за судьбу народа и каждый на своем месте призывал людей к достойной жизни на земле своих предков. Я был ещё юный, но понимал, что актерский талант моего отца высоко ценили его друзья и коллеги — Дагун Омаев, Муса Дудаев, Магомет Цицкиев, режиссер Руслан Хакишев звукорежиссёр Хаджи-Умар Костоев, писатели и драматурги Идрис Базоркин, Халит Ошаев, Магомед-Саид Плиев, Саид Чахкиев, Ахмед Ведзижев, Ваха Хамхоев, Бек Абадиев и другие. Они не скрывали свое уважение к отцу и видели в нем высоконравственную личность. Я сегодня могу не вспомнить всех, но все они всегда были желанными гостями в нашем доме и, можно сказать, что они жили одной дружной семьёй: вместе работали, были рядом в трудные минуты, радовались успехам, огорчались неудачам. У нас была дружная и гостеприимная семья, в которой всегда царила атмосфера добра и внимания друг к другу. Также мои родители научили нас с братом с уважением относиться к родственникам и друзьям. И ещё помню, что в нашем доме всегда было много книг. Отец любил читать Пушкина, Шекспира, Есенина, Горького. Причем читать он любил не в одиночестве, уединившись с книгой, а вместе с нами, когда мы с Русланом были школьниками. И у каждого из нас были свои интересы. К примеру, я интересовался научной фантастикой, а младший брат — жизнью народов мира. Поэтому отец приносил нам домой именно те книги, которые нам нравились. Также папа собирал книги по искусству, среди которых были лучшие произведения мировой драматургии».
Награды, нашедшие героя
Обладатель престижной государственной премии РСФСР Магомед-Гирей Хадзиев при жизни был награжден медалью «За доблестный труд», орденом «Знак почёта» и высшей наградой Республики Ингушетия орденом «За заслуги» (посмертно). Магомед-Гирей Хадзиев был членом Союза театральных деятелей России и ветераном труда с 1984 года. Высокое сценическое мастерство и талант Магомед-Гирея Хадзиева были отмечены званиями «Народный артист СОАССР» и «Заслуженный артист РСФСР». Но как водится, самым дорогим подарком для потомков любой знаменитости становится светлая человеческая память о жизни и творчестве ушедшего человека, которую мы, живущие, обязаны хранить в наших сердцах.
Каким он нам запомнится
В истории ингушского театра М-Г. Хадзиев остался непревзойденным исполнителем многих ролей. И во всех этих мастерски выполненных портретах и образах актер закладывал отголоски своего внутреннего мира, где органично сочетались предельная достоверность, психологическая обоснованность и богатая эмоциональная содержательность.
Магомед-Гирей Хадзиев стал первым ингушским профессиональным актером театра, с которым он связывал большие надежды. «Театр, где рождается подлинное искусство, воспитывает человека и заставляет по другому взглянуть на свою жизнь, на самого себя и на окружающий мир. Эта та же школа, где тебя обучают грамоте, только театр — это грамота души и жизни», — говорил он.
Для более молодых актеров М-Г. Х. Хадзиев стал символом надежной защиты целостности национального театра, мудрым наставником и надежной опорой. Он, как никто другой, понимал важность связи поколений, профессиональной преемственности, уделял огромное внимание эстетическому воспитанию молодежи. Внимательность и деликатность ко всем, кто его окружал, делали этого человека необычайно привлекательным.
Магомед-Гирей Хатоевич понимал, что жить в искусстве будет не просто. Но однажды сделав выбор, он не свернул с избранного пути и прошёл его до конца, сверяя каждый шаг с высоконравственными человеческими принципами. Он проработал на сцене в течение сорока лет и за это время исполнял роли персонажей русской и зарубежной классики, героев национальной драматургии, завораживая зрителей глубинным постижением внутреннего мира своих героев. В общей сложности М-Г. Хадзиевым было сыграно более семидесяти ролей, в каждую из которых он вкладывал всю свою душу без остатка. Поэтому неудивительно, что Магомед-Гирея Хадзиева называют совестью театра за искреннее, преданное служение искусству, за благородство нрава, скромность и порядочность, верность долгу перед друзьями, коллегами и родными людьми.
Сегодня, по истечении двадцати семи лет после смерти Магомед-Гирея Хадзиева, можно услышать от его сослуживцев, знакомых и родных только самые теплые воспоминания. И такое отношение к человеческой судьбе является самым светлым подарком от нас, живущих, и тех, кто придет в этот мир после.