«И вровень встать с историей своей»

К 80-летию со дня рождения большого друга ингушского народа поэта Игоря Ляпина

0

«Неправда, друг не умирает, лишь рядом быть перестаёт...» Эти строки Константина Симонова как нельзя лучше выражают смысл жизни творцов поэзии, литературы и искусства, среди которых достойное место занимал русский поэт Игорь Ляпин, который в трагические 90-е стал посланником мира для народов Кавказа.

10 октября с. г. исполнилось 80 лет со дня рождения известного русского поэта, преданного друга ингушского народа Игоря Ивановича Ляпина. Родился он в городе Каменске-Уральском, но детство поэта прошло в городе Никополе Украинской ССР, где родители восстанавливали разрушенный гитлеровцами трубный завод.

Ровесник отца Игоря Ляпина Владимир Сорокин вспоминал: «Мальчик Ляпиных — Игорь бегал в контору отца, принимавшего холодных и голодных тружеников, рабочих израненной, измученной войнами страны, кому — дай жилье, кому — дай прописку, кому — дай помощь, так как семью содержать было не на что. Будущий поэт, мальчишка, строго всматривался в сухую и бедную перспективу возводящих корпуса заводов, открывающих новые шахты в Донбассе. Но нести чужую боль по жизни не каждому дано, а отец поэта мог. Он отдает женщине, солдатке, собственные хлебные карточки. Дома у него семья. Но ничего. Он — с ними. Честность — с ними. И вот такой честный и бескомпромиссный образ отца поэт пронесет через годы и годы».

У Игоря Ляпина было тяжелое детство. В 9 лет он лишился отца. О судьбе своего поколения поэт пишет так: «Ведь наши книжки трудовые постарше наших паспортов».

В 16 лет после окончания школы Игорь начинает свою трудовую деятельность в цеху Южно-трубного завода и поступает учиться в металлургический техникум. Тогда же юноша начал писать стихи и печатать их в заводской многотиражке. Также Игорь Ляпин активно занимался в городском литературном объединении и публиковал свои стихи в местной печати.

В своих заметках он писал: «Украина — это и моя родина... Это мой Никополь. Это детство и юность. Это школа с учителем в старенькой гимнастерке, техникум, до которого добирался на рабочем поезде. Старая площадь, на которой три столетия назад Богдан Хмельницкий был избран гетманом Украины. Это возрожденный из руин Южно-трубный завод с его горячими печами, грохочущими прокатными станами и, несмотря ни на что, романтичными ночными сменами. Это первое литературное объединение при городской газете, в котором работал известный журналист Олесь Корниенко. С каким сочувствием и любовью он смотрел на нас! Украинский писатель Степан Чернобривец — первый, кто рассказал мне о Литературном институте. Отслужив в армии и уже будучи студентом этого института, я скучал за родным городом. Беленькие хатки-мазанки под соломенными или камышовыми крышами так и стоят перед глазами. Потом ко всему этому добавились отцова могилка и постаревшая мать».

После службы в рядах Советской армии Игорь Ляпин в 1966 году поступил в Литературный институт имени А. М. Горького и во время студенческих каникул работал в Сибири и на Севере матросом и плотогоном, а также проходчиком на строительстве Московского метрополитена.

После окончания института пришел работать в издательство «Современник» в качестве заведующего отделом поэзии, впоследствии занимал должности главного редактора в других, не менее престижных книжных издательствах. Многие годы был первым секретарём Союза писателей России, председателем приёмной комиссии, вёл семинар в Литературном институте. Игорь Ляпин являлся членом-корреспондентом Международной славянской академии наук, культуры, искусства и образования.

Окончив Академию общественных наук, работал заместителем главного редактора в издательстве «Советская Россия», главным редактором издательства «Детская литература», главным координатором Всероссийской ассоциации любителей отечественной словесности и культуры «Единение».

Игорь Ляпин — автор двадцати двух поэтических книг, многочисленных журнальных и газетных публикаций. Первую книгу стихов «Междуречье» поэт издал в 1973 году. Она принесла ему всемирную славу и успех, и в 1974 году Ляпин был принят в Союз писателей СССР.

Потом были книги «Стороны света», «Живу тобой», «Не вешние воды», «Линия судьбы», «Избранное», «Ее зовут Россией», «А вечности в запасе нет» и другие издания. Последняя книга стихов И. Ляпина «Чаша» вышла в 2004 году.

Одним из итогов активной политической позиции Ляпина, его художественного мастерства стала книга «Чаша сия», которая увидела свет в 2000 году. В нее вошли известные стихотворения поэта «Гимн Советского Союза», «Вина России», «Позывные Москвы» и другие, которые публицистичностью содержания и доходчивостью формы поставили поэта в первый ряд писателей — патриотов России.

Как подчеркивал русский критик, публицист и общественный деятель Михаил Лобанов, для Ляпина характерно «не идеализирование прошлого, советского, не сентиментальная ностальгия по нему, но очень реальное восприятие прошлого и настоящего — и оттого целостное в главном. И это главное для него — история великой страны с ее героическим прошлым и нынешним поражением».

«Обжечься послевоенным детством, почувствовать радость заводского труда и тяжесть ответственности, переходящую на твои еще юношеские плечи, хлебнуть морского простора и таежной широты — и задохнуться от впечатлений, и закалить свою душу на бесценном огне воспоминаний, и вынести ее на свет, то есть начать писать стихи. Таков был мой путь в поэзию». Эти строки автора из предисловия к книге хорошо выражают содержание, тематический реализм творчества гениального стихотворца.

На литературном вечере в Центральном доме Российской армии в 2001 году, отмечавшем выход новой книги «Чаша сия» и 60-летие поэта, председатель Союза писателей России, писатель, журналист, общественный деятель Валерий Николаевич Ганичев сказал: «Игорю Ивановичу Ляпину исполнилось такое количество лет, которое знаменует высокую зрелость, поэтическое мастерство, имя в отечественной литературе. Сегодня вышла к читателю его новая книга „Чаша сия“, но он не испил её до конца, ещё много предстоит сделать ему живительных и горьких глотков этой жизни — поэтической, творческой и просто человеческой. Но то, что он уже испил на своём жизненном пути, сделало его человеком знаменитым у нас в стране, известным во всём поэтическом мире, нужным всем нам. Все знают Игоря Ивановича как человека высокого чувства долга поступка, служения русской литературе, а с другой стороны, он самый земной, близкий нам человек, разделяющий наши горести и беды, радости и успехи».

Как отмечают литературные критики, «Чаша сия» была в жизни И. Ляпина и радостной. Второй раздел его замечательной книжки несет в себе чистоту отношений того времени, радость общения с людьми.

Наряду с открытой публицистикой, которая под пером поэта никогда не скатывается в прямую дидактику, в упрощенную плакатность, а облечена в метафорическую форму, Ляпин активно выступает и как лирический поэт (цикл «Стихи Татьяне»), но и здесь драматизм жизни пронизывает, как горький запах дыма от пепелищ, содержательную и стилистическую ткань стиха. При этом поэтика Ляпина в основе своей глубоко оптимистична, и нет предела постижению жизни, которая дана человеку для радости и открытия.

Как выразился один русский критик Владимир Костров, Игорь Ляпин «держит удар времени, продолжая замечательную гражданскую традицию, традицию сочувствия. Он — плоть и кровь своего народа и настолько глубоко чувствует современность, всю боль нашу. Но тем не менее, его стихи и нежны, и мужественны, и пронзительны... Я считаю, что Игорь Ляпин является ярким продолжателем некрасовской традиции в русской литературе...»

Поэзия Ляпина внушает веру в неизбывность людской доброты: поэт говорит с читателем простым языком, в его стихах не найти модных нынче словесных забав. И поэту веришь, и чувство это пробуждается от ощущения настоящего, земного, неподдельного...

Отслеживая творчество Игоря Ляпина, можно понять, что он поэт яркого гражданского накала, искренней совестливости, глубокого патриотического чувства. Он ни в чём не кривит душой, соединяя в себе жёсткую критику и нежную внимательность к людям.

В предисловии к его «Избранному» (1989) советский писатель и критик Евгений Осетров охарактеризовал суть поэзии Ляпина, которая с наступлением иных времен в истории России лишь окрепла: «Неравнодушие — так бы я определил основную черту Ляпина-поэта („душа в груди моей, как мина“). Поражает его обнаженное, пристрастное отношение к миру, он, как аккумулятор сострадания, отпущенного людям природой...»

По воспоминаниям родных, близких и коллег, Игорь Иванович всегда был человеком долга, истинного служения литературе. Достаточно сказать о том, что он одним из первых оказался после аварии в Чернобыле, а в трагические дни октября 1993 выступал перед осажденным зданием Верховного Совета РСФСР и вместе с другими москвичами защищал российский парламент. Но за своё бескомпромиссное отстаивание лучших традиций отечественной литературы, за честность в работе Ляпин не раз подвергался критике со стороны бюрократического аппарата и попадал в опалу.

Большое место в творчестве поэта И. Ляпина занимают переводы с языков народов страны и мира. Он переводил произведения Е. Чаренца, Т. Зумакуловой, А. Бицуева, К. Мячиева и многих других авторов. К примеру, в 2002 он перевел с кабардинского языка книгу стихотворений Л. Балаговой «Молюсь я на адыгском языке», которая приобрела мировую популярность. И даже тогда, когда всё переводческое дело потерпело фиаско и никаких материальных средств для этого не выделялось, Ляпин приложил немало усилий для того, чтобы национальные поэты не чувствовали себя изгоями, и помогал им выходить в свет. Сам Игорь Иванович неустанно переводил поэтов из провинций и публиковал их, где мог. И это тоже была миссия русского поэта Игоря Ляпина, которую он осуществлял всю свою жизнь.

Известный литературный критик Владимир Сорокин говорил о его творчестве так: «Игорь Ляпин — поэт широкого вздоха, широкого поля, поэт, воспринимающий судьбу страны во многих ее трагических глубинах, во многих ее утратах и приобретениях. Но он не только поэт, но и переводчик. Поэтому нельзя не обнаружить в Игоре Ляпине давно сформировавшегося оригинального крепкого национального поэта. Более того, он открыт, весь во внимании. Радостно или тяжко ему, одиноко или прилюдно, поэт живет, горит, работает и тянет за собой всех, кому небезразлична наша жизнь».

Как мы знаем, Игорь Ляпин занимался переводами кавказских поэтов. Он переводил стихи многих авторов из Дагестана, Чечни, Ингушетии. За такое неравнодушное отношение к малым народам России Расул Гамзатов низко кланялся своему русскому коллеге. Так поэт был приобщен к Кавказу — не к курортному, с которым он был знаком и раньше, а к народному.

Отрадно, что сегодня многие произведения выдающегося поэта и мыслителя Игоря Ляпина звучат и на ингушском языке, и в этом есть наше уважение к великому мастеру слова и проявление восторга к его таланту.

По поручению Союза писателей и по своей творческой судьбе Игорь Иванович находился в самых неожиданных местах. Это и Лена, и Орёл, и Северный Кавказ, которому он отдал много и душевных и физических сил. Поэтому Игоря Ивановича хорошо знают и помнят в Ингушетии.

«Я люблю ингушей, они для меня родные люди», — такими словами сопровождал он неутихающую боль многострадального ингушского народа, которую он воспринимал как свою собственную и заговорил о ней во весь голос.

Вот как о нём вспоминает ингушский поэт и публицист Якуб Патиев: «Да, Игоря Ляпина мы помним, как преданного друга нашего народа, пропустившего через свое сердце нашу боль и трагедию 1990-х годов и написавшего об этом большой цикл стихов. Все, кто знаком с творчеством Ляпина, знает, что он писал изумительно легкие для чтения и запоминающиеся стихи, которые отличаются своей чистотой и ясностью, скажу даже пушкинской легкостью, а форма строфы поэта из пяти строк тем более оригинальна. В свое время я прочитал полностью, а недавно заново прошелся по его поэзии в 4-х его сборниках из своего собрания, в том числе и не касающимся этнической или трагедийной «ингушской темы» стихам. Мне также посчастливилось видеться с ним несколько раз. Однажды в самом начале 1990-х Игорь Иванович неожиданно для нас, по чьему-то совету, появился в нашем доме в с. Куртат (Гадаборшево) с символичными русскими подарками, и мы с ним долго беседовали о литературе и ситуации, разумеется. В другой раз уже я приехал к нему в гостиницу «Владикавказ». Он специально уехал от излишне гостеприимных друзей-ингушей в Назрани, чтобы писать навеянные здесь стихи. Помню, прямо на кровати в его номере лежали листы с неоконченными произведениями, и Игорь прочитал некоторые законченные строки. В его стихотворениях трудно было найти мотивы уныния и разочарования, которые характерны для отечественной поэзии на смене веков, а наблюдались лишь борцовские качества жажды победы, справедливости, русской силы и сметки. Да и вся его поэзия, в принципе, была наполнена гражданским мужеством, любовью за великую Родину. В тот день мы также долго беседовали. Было видно, что Игорь Иванович искренне болел нашей болью и чувствовал, что трагедия неминуема. Он и предсказывал эту трагедию в своих стихах. Но кто слушает поэта? Надеюсь, что об этом великом человеке мы будем помнить всегда. Но для этого необходимо говорить о нём с экранов телевизоров, по радио, писать о его творческом пути и дружественных отношениях с ингушами и называть его именем улицы, скверы, учреждения. Игорь Ляпин своим трудом и жизнью заслужил такого высокого внимания к себе, чем многие, чьи имена мы сегодня восхваляем».

Как видно из открытых источников информации, Игорь Ляпин несколько раз посещал Ингушетию в 70-90-х гг., любил этот край, дорожил дружбой с ингушским народом и очень тяжело переживал его трагические страницы истории. Сумел стать своим в каждом ингушском доме. «То ли я уже ингуш, то ли все вы — русские», — писал он в одном из своих произведений.

«Он исколесил все уголки республики, встречался с сотнями горцев, подолгу разговаривал со стариками, расспрашивал о пережитом. Русская душа, всегда отзывчивая к чужому горю, распахнулась навстречу душе ингушской...» — писал в предисловии его сборника известный ингушский литератор и друг Ляпина Муса Албогачиев.

Осенью 1992-го во время осетино-ингушского конфликта, когда начались кровавые события в Пригородном районе, поэт находился дома, в Москве. Но как только он узнал о том, что произошло, сразу же устремился в Постпредство Ингушской Республики, чтобы ему помогли как можно быстрее добраться до Ингушетии. Его отговаривали, говорили об опасности, но он решительно пресек эти разговоры: «Вы хоть понимаете, что мне говорите? Когда ингушам было хорошо, я был рядом, а когда им плохо, я должен отсиживаться в Москве?!» — был его ответ.

Площадь Согласия в Заводском районе Назрани была переполнена людьми в эти трагические дни. Сюда, через запасной вход здания райкома, где располагался Временный комитет, свозились обезображенные трупы людей — мирных жителей Пригородного района ингушской национальности, которые были зверски убиты и истерзаны военными ополченцами Осетии. Неописуемо страшная картина происходящего закаляла сердца людей, и они шли на опознание тел с тайной надеждой, что среди мертвых не окажутся их родные.

Очевидцы рассказывают, что в этой поездке Игоря берегли как могли, охраняли. Но не всегда это удавалось, для него как будто не существовала опасность. Прошёл и проехал — где пешком, где на «жигуленке», где на БТРе — по дымящейся, истерзанной, залитой кровью земле, своими глазами увидел следы чудовищного геноцида, пообщался с сотнями очевидцев в Назрани, Карца, Чермене.

Как сегодня помню этот день, когда Игорь Иванович Ляпин приехал в Назрань поддержать ингушский народ. Я работала тогда членом Временного комитета, и для встречи с ним наш штаб подготовил всю необходимую информацию. Для начала высокий московский гость попросил разрешения у руководителя штаба поговорить с людьми и вместе с охраной поднялся на трибуну. Комом в горле нахлынувшие слёзы долго не давали ему говорить, но всё же он осилил это состояние и произнёс: «Дорогие мои братья-ингуши! Я знаю, что никакими словами утешений не облегчить ваше горе, но я хочу, чтобы вы знали, что простой русский народ и все народы страны искренне сочувствуют вам и разделяют с вами желание жить в мирной и свободной республике. Дай Бог вам сил и терпения достойно выдержать эти испытания, и помните, что справедливость рано или поздно восторжествует. А вы, как истинные горцы, умеете ждать и с честью нести свое имя!»

За храбрость и человечность, проявленные Ляпиным в эти дни и последующие годы, поддерживая ингушей, на II съезде ингушского народа ему были вручены главные символы горской отваги — именной серебряный кинжал и конь.

Учитывая высокий профессионализм, моральную и творческую поддержку молодых литераторов Ингушетии и объективное освещение событий осени 1992 года, одной из улиц села Берд-Юрт было присвоено имя Ляпина Игоря Ивановича.

Ляпин был почетным гражданином города Назрани и обладателем премии «За гуманизм, человечность и социальную справедливость» имени ингушского просветителя Вассан-Гирея Джабагиева. А незадолго до смерти, в 2003 году, Игорь Ляпин был удостоен ордена «За заслуги» — высшей государственной награды Ингушетии.

Поэт писал в то время, что «глубоко тронут высокой наградой Республики Ингушетия, и что всегда принимал близко к сердцу все радости и огорчения ингушского народа».

В своей книге «Русский орден внутри КПСС» Александр Байгушев пишет: «Ляпин — прекрасный русский человек. И о нём стоит сказать чуть подробнее. В 1971 году он пришел в издательство „Современник“ и быстро вырос и как крупный поэт-трибун с собственным самобытным лицом, и как хваткий организатор. Был выдвинут издательством на учебу в высшую партийную школу, после которой по линии партноменклатуры распределился в мощное издательство „Советская Россия“ заместителем главного редактора — по всей художественной литературе. Там Игорь Иванович хорошо проявил себя, и с подачи „Русской партии“ был брошен на прорыв — главным редактором в издательство „Детская литература“. Три года, с 1979 по 1981 год, он вёл неравную борьбу. Но провести кадровую перестановку и привести за собой проверенных и честных людей ему не дали — руки у него оказались связанными. Тем не менее, Игорь Ляпин за это время многое успел сделать. Но, как говорится, один в поле не воин... Он трезво оценил обстановку и подал заявление о переходе на творческую работу».

Это был, конечно, сильнейший стресс для Ляпина, и здесь недолго сорваться с тормозов. Но что делает в этот тяжелейший для семьи момент любящая жена Игоря: буквально на следующий день она звонит как нельзя кстати оказавшемуся в Москве многолетнему другу Игоря ингушу Мусе Албогачиеву. Их дружба, зародившаяся ещё в годы учебы в Литературном институте имени Горького, прошла испытание временем, и они дружили семьями.

Муса живо откликнулся на беду друга и тут же помчался к ним домой. Албогачиев, как верный и чуткий друг, сразу понял, что нужно Игорю в этот трудный момент жизни — резкая перемена обстановки. И сразу же взял быка за рога: «Куда ехали великие люди России в трудную минуту?» — «По этапу в Сибирь, куда же ещё?» — «Серость ты морская, на Кавказ ехали, на перекладных. И тебе пора последовать их примеру».

После этой первой поездки И. Ляпин приезжал в Ингушетию много раз. Это стало для поэта какой-то душевной потребностью.

В начале июля 2017 года в Национальной телерадиокомпании «Ингушетия» состоялась презентация книги М. Албогачиева «Кавказский пленник», посвященной жизни и деятельности И. Ляпина. На встрече помимо почетных гостей присутствовал и сам автор издания. Первый секретарь правления Союза писателей России Г. В. Иванов высоко отозвался о книге Албогачиева и вручил автору высшую награду Союза писателей РФ — «Золотую медаль Василия Шукшина».

Работа над этой книгой воспоминаний об Игоре Ляпине, как рассказал Муса, началась после того, как в конце 80-х Игорь Иванович вынужденно оставил издательство «Детская литература» и очень сильно переживал по этому поводу. Свою книгу наш маститый писатель и поэт заканчивает обращением к своему ушедшему в 2005 году другу и брату: «Одно скажу тебе точно: ингуши тебя не забыли... Твоим именем будут названы улицы, аллеи, скверы и стихи твои будут включены в школьные учебники...»

Ингушский журналист, публицист, долгое время возглавлявший газету «Ингушетия» Абу Гадаборшев вспоминает: «Я познакомился с Игорем Ивановичем Ляпиным в самом конце 80-х годов прошлого века. Тогда в Орджоникидзе (ныне — Владикавказ) образовалась довольно большая группа ингушей среднего возраста, которых объединяла общность интересов, и мы довольно тесно общались. Как-то мне позвонил Мурад Долгиев, у которого был довольно успешный строительный кооператив, и сообщил, что в гостинице „Владикавказ“ живёт известный московский поэт и большой друг ингушского народа. Основное время он проводит в Ингушетии, а во „Владикавказе“ уединяется, чтобы ему не мешали творить.

Уже не помню подробностей, но к Игорю мы пошли большой группой. У него, на наше счастье, оказался и Муса Албогачиев, которого я раньше тоже не знал. Как стало известно потом, писатель и поэт Муса Албогачиев никогда не был обласкан властями тогдашней Чечено-Ингушетии, поэтому для того, чтобы творить, он периодически ездил в Москву. Зато в друзьях у него была вся интеллигенция Ингушетии, а это, знаете, во много раз важнее внимания и почета власть имущих. Именно в объятия этих друзей Мусы, как рассказывали тогда, и попал Игорь Ляпин по приезде в Ингушетию.

Несколько дней мы тесно общались, выезжали на природу, в горы, к башням, если удавалось выкроить „окно“ в плотном графике приёма высокого гостя. И там, в окружении неописуемых красот, поэт отдыхал душой и набирался сил для новых творческих идей.

Игорь Иванович с удовольствием откликался на наши просьбы почитать нам свои стихи, а мы только и делали, что млели, слушая его, ведь до этого в советской литературе на что-либо хорошее про ингушей было строгое табу».

Наверное, не все знают, но именно в одну из таких поездок и родилось у Игоря Ивановича стихотворение «Гармоника». Ритм этого стихотворения как нельзя был под стать горячему и взрывному характеру горца. Поэтому неудивительно, что произведение сразу же стало любимым в Ингушетии, а после того, как к его словам была написана музыка молодым питерским композитором Игорем Азаровым, а песню исполнил блистательный ансамбль в составе Руслана Наурбиева, Ибрагима Бекова и Тимура Дзейтова, и вовсе стало всенародным шлягером.

«Эх, гони тоску с души! Жизнь, она не ровненька,
Ну-ка, братцы-ингуши, где у вас гармоника?
Ну-ка, брат Абу-Бакар, сто забот — помеха ли?
Раздувай в душе пожар, эх пошли — поехали!
Асса! Асса! Магомед! Все на свете вертится.
Девяносто девять бед, будет сто — ответится.
Как одна — двенадцать душ, тянем песни грустные.
То ли я уже ингуш, то ли вы все — русские».

Как поэту удалось так тонко уловить и нюансы натуры горцев, и особенности природы Кавказа, мы видим в заключительных строчках этого стихотворения: благородная, открытая нараспашку натура Игоря Ляпина приняла в себя ингушей, и он видел, что и они так же относятся к нему — русскому человеку. О Ляпине говорили, что он прописался в Ингушетии. А ингуши отвечали: «Не прописался, а стал своим». Вот они ключевые слова — стал своим!

В начале 90-х обстановка в регионе накалялась, и было не до сантиментов. Но Игорь Ляпин, как и обещал, не остался в стороне от проблем так полюбившегося ингушского народа. Он стал активным участником движения ингушского народа за восстановление своей государственности в составе России.

И. Ляпин не был рядовым наблюдателем за отчаянной борьбой маленького ингушского народа за свои права, он был на его стороне и активно участвовал в его переломных моментах. Вот эпизод, связанный с приездом депутатской комиссии Верховного Совета СССР во главе с Беляковым после осетино-ингушского конфликта, когда у Дома культуры селения Экажево собрались люди с надеждой донести до московских чиновников правду. Многие выступали, но самое сильное впечатление произвело на членов комиссии выступление Игоря Ляпина. Он говорил четко, ясно, доходчиво. Члены комиссии горячо пожимали ему руку и сошлись во мнении, что, когда представитель другого народа с такой болью и неподдельной искренностью говорит о трагедии другого народа, такому человеку невозможно не верить. Аскар Акаев (в то время президент Киргизии) обнял Игоря и сказал: «Какой же вы молодец, Игорь Иванович!»

Все ингуши старших поколений помнят знаменитое выступление Мусы Дарсигова на съезде народных депутатов СССР. Однако мало кто знает, что готовился этот доклад на квартире у Ляпина. Дарсигов, в рамках жесткого регламента, должен был кратко и всеобъемлюще сказать всё о главной проблеме ингушского народа. Поэтому готовилось выступление депутата коллективно и несколько раз переделывалось. Игорь Иванович отпечатал текст на своей пишущей машинке и, вручая его Мусе Дарсигову, дал некоторые напутствия. Таким образом, можно сказать, что квартира Ляпина была в полном распоряжении ингушей, и её, не без основания, называли тогда штабом народного совета.

Своими стихами И. Ляпин внёс неоценимый вклад в развитие отечественной литературы. Своей подвижнической деятельностью он заслужил искреннее уважение товарищей и коллег, среди которых было много единомышленников. О безукоризненном трудовом пути говорят и награды героя: за книгу стихов «Не в чистом поле» и поэму «Линия судьбы» (1982) И. Ляпин был награжден премией Ленинского комсомола и орденом Дружбы народов, неоднократно становился лауреатом Всероссийской литературной премии «Сталинград», лауреатом Международной литературной премии имени М. А. Шолохова.

Последние годы жизни тяжелая болезнь пыталась сломать Игоря Ивановича и физически, и морально. Усугублялось состояние здоровье поэта ещё и несчастным случаем, когда в 1998 году в квартирном пожаре он потерял жену. Татьяне Сергеевне Сартаковой в момент гибели было всего 53 года, и Игорю Ивановичу было невыносимо трудно смириться с такой потерей, но никто не слышал от него слов уныния и растерянности. После трагического ухода жены он не только мужественно переносил страдания, но и продолжал вдохновенно писать стихи, занимался переводами кавказских поэтов. До последнего дня принимал участие в работе приёмной комиссии Союза писателей России.

2 июня 2005 года после тяжелой болезни перестало биться сердце замечательного поэта и мужественного человека Игоря Ивановича Ляпина. Будучи знаменитым у нас в стране и известным во всём поэтическом мире, он покинул этот бренный мир, оставляя на земле яркий и незапятнанный след. Эта печальная весть отозвалась искренней скорбью в сердцах многочисленных писателей и читателей в России, особенно в Ингушетии. Ведь Игорь Ляпин был единственным литератором общероссийского масштаба, который значительную часть своего творчества посвятил Ингушетии, боролся вместе с нами за восстановление попранных прав, подставляя своё крепкое плечо в дни трагедии осени 1992 года.

В Ингушетии в эти дни проходят памятные мероприятия, посвященные 80-летию со дня рождения поэта, снискавшего к себе уважение в нашем горном крае.

К юбилею Игоря Ивановича Ляпина в библиотеках республики организованы книжные выставки, на которых представлен весь «ингушский» цикл жизни и творчества поэта. Помимо сборников автора «Гармоника», «Черная среда», «Бехке доаца кхаьра», а также многочисленных публикаций в журналах и газетах, внимание читателей привлекает книга ингушского писателя Мусы Албогачиева «Кавказский пленник. Игорь Ляпин».

Вечная память поэту, творчество которого занимает достойное место в золотом фонде русской поэзии, потому что эта поэзия мужества, чести и достоинства.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.