В горах Ингушетии издавна говорили: земля помнит всё — межи, проведённые ещё дедами, тропы, по которым гоняли отары, границы дворов, которые никто никогда не измерял линейкой, потому что и так было ясно — вот моя земля, а вот твоя. Веками эта память заменяла документ. Но память — не межевой план: она слабеет, путается, а порой у соседей попросту расходится в показаниях. И там, где она давала сбой, начинался спор — тихий, но упрямый, как сама земля, из-за которой он разгорался.
Сегодня, кажется, эпоха споров «на слово» в республике подходит к концу. За три года, с 2023-го по 2026-й, в Ингушетии произошло то, что без преувеличения можно назвать самой масштабной земельной ревизией в новейшей истории региона. Границы населённых пунктов, территориальных зон и сотен участков перестали существовать «примерно» — они получили координаты, зафиксированные в Едином государственном реестре недвижимости.
Важно понимать: проблема неучтённой земли не возникла вчера. Десятилетиями она копилась, переходя от одной администрации к другой, — и десятилетиями оставалась нерешённой, потому что требовала не разовой инициативы, а последовательной, годами выстраиваемой работы, на которую у прежних управленческих циклов просто не хватало ни воли, ни ресурса. Сдвинуть эту махину с места смогла именно системная работа — та, что не укладывается в один нормативный акт или одно совещание, а тянется годами, из бюджета в бюджет, из ведомства в ведомство.
Работу на земле вёл филиал ППК «Роскадастр» по Республике Ингушетия — структура, которую в докладах по итогам работы называют «правопреемником» федерального кадастрового учёта с более чем двадцатилетней историей. Но, как бы ни были подготовлены инженеры и юристы этого филиала, в одиночку такую задачу они бы не потянули. Нужен был человек на вершине региональной власти, который не просто дал бы разовое поручение, а на протяжении нескольких лет подряд — год за годом, бюджет за бюджетом — держал бы эту тему в фокусе. И, судя по официальным докладам, легшим в основу этого материала, этим человеком стал Глава Республики Ингушетия Махмуд-Али Макшарипович Калиматов. Именно при нём, в годы его руководства регионом, земельный вопрос из хронически отложенной проблемы превратился в один из приоритетов приоритет государственной политики республики.
«Благодаря стратегическому видению и активной поддержке Главы Республики Ингушетия удалось реализовать комплекс мероприятий, который не имеет аналогов в истории региона», — говорится в докладе руководителя филиала ППК «Роскадастр» по Республике Ингушетия Рукият Додовой о кадастровых и землеустроительных работах за 2023–2025 годы. Формулировка, за которой стоят вполне конкретные, проверяемые решения — и, что немаловажно, растянутые во времени, а не разовые.
Символично, что именно эта работа легла в основу того, как в республике исполняется федеральное поручение президента России Владимира Путина от 11 августа 2022 года №Пр-1424 — о реализации государственной программы «Национальная система пространственных данных», а вместе с ним и утверждённой правительством России целевой модели по подготовке документов и государственному кадастровому учёту недвижимости. Иными словами, задача была поставлена на самом верху — но выполнить её и превратить общефедеральный ориентир в конкретные координаты на конкретной земле предстояло уже региону. И тем показательнее, что именно ингушская команда, возглавляемая Калиматовым, сделала это одной из первых в стране.
Когда в 2023 году потребовалось профинансировать масштабные землеустроительные работы в столице республики — городе Магасе, деньги нашлись не по остаточному принципу: по прямому поручению Калиматова их выделили из Национального фонда развития. Только за этот год в Магасе подготовили документы по 19 территориальным зонам, уточнили границу самого города, выполнили комплексные кадастровые работы в отношении девяти кадастровых кварталов и 539 объектов недвижимости, изготовили девять карта-планов территории. Для молодой столицы региона, которой чуть более тридцати лет, это был не косметический ремонт документов, а фактически первое точное описание собственных границ.
В 2024–2025 годах также под руководством Главы Ингушетии проведены кадастровые работы в Сунже, Карабулаке, в Сунженском, Малгобекском и Джейрахском районах.
Даже подготовку кадров, без которой вся эта система забуксовала бы на местах, курировали на уровне руководства республики. Ещё в 2022 году при поддержке Главы субъекта и правительства Ингушетии для 61 представителя региональных и муниципальных органов власти организовали обучение по программе «Теория и практика кадастрового учёта и регистрации прав» — тому самому языку координат и реестровых записей, на котором теперь разговаривает ингушская земля.
Если выстроить эти решения в хронологию, становится видно: перед нами не серия случайных совпадений, а непрерывная линия одного и того же курса в 2022 гола по запуску в регионе комплексных кадастровых работ федерального значения, которых здесь прежде не проводили никогда.
Каждый год этой цепочки связан со следующим не по случайности, а потому что за ней стоит один и тот же человек и одна и та же управленческая логика: это не завершающий аккорд, а ровно то же самое движение, что и три, и четыре года назад, — доказательство, что курс не был кампанией «под отчёт», а остаётся действующим правилом работы региональной власти.
езультат этой последовательной политики виден в сухих, но красноречивых цифрах реестра. На 1 января 2023 года в республике числилось 56 044 земельных участка с установленными границами и 72 191 — без них. К маю 2026-го соотношение почти перевернулось: участков с чёткими границами стало 87 196, а «размытых» осталось 33 835. Похожая картина и с капитальными строениями: число объектов с установленными границами выросло с 21 338 до 27 403, а число «неопределённых» сократилось почти на треть.
За этими цифрами — не просто бюрократическая аккуратность. Уточнённые границы означают меньше соседских споров, более справедливую кадастровую стоимость и, как следствие, рост налоговых поступлений: за 2023–2025 годы сумма налога на имущество физических лиц выросла до 510,7 млн рублей против 382,9 млн тремя годами ранее, а налог на имущество организаций — почти удвоился, до 3,2 млрд рублей. Это деньги, которые остаются в республике и идут на её собственное развитие.
Есть в этой истории и особая глава — с 2025 года в Ингушетии впервые начали проводить комплексные кадастровые работы федерального значения. За один только год ими было охвачено 15 кадастровых кварталов и почти 15,7 тысячи объектов недвижимости, а работы сдали досрочно, показав один из самых высоких процентов установления границ по стране. Объём таких работ в 2025 году вырос сразу на 90% по сравнению с предыдущим — темп, который сложно объяснить чем-то, кроме целенаправленного управленческого решения нарастить усилия именно сейчас. Благодаря этому Ингушетия заняла лидирующее место в Северо-Кавказском федеральном округе по достижению целевых показателей — редкий случай, когда небольшая республика опережает соседей по масштабу и темпу работы с землёй.
Чтобы увидеть, как это выглядит не в масштабе республики, а в масштабе одного квартала, стоит заглянуть в Назрань, в кадастровый квартал под номером 06:05:0100003. Здесь работы затронули 1176 объектов недвижимости: у 447 земельных участков уточнили местоположение, у 127 — исправили застарелые реестровые ошибки, три участка образовали заново, ещё у 536 капитальных строений и 63 объектов уточнили границы. Суммарная площадь этих участков после уточнения не уменьшилась, как иногда опасаются собственники, а выросла — с 442 475 до 457 204 квадратных метров. И всё это — без единого рубля затрат для самих владельцев земли. По подсчётам, сделанным по итогам таких работ, экономия для бюджета и жителей республики составила порядка 108,5 млн рублей — деньги, которые людям не пришлось платить кадастровым инженерам и юристам из своего кармана.
Честности ради стоит сказать и о том, что легко в этой истории не было. Главной сложностью, которая сопровождала работы все три года, стало отсутствие у органов местного самоуправления актуального картографического материала — той самой основы, без которой невозможно корректно провести межевание. Работать приходилось не с чистого листа, а с архивами, где документы десятилетиями передавались из БТИ без должной актуализации. То, что несмотря на это республика вышла в лидеры округа, — не следствие лёгких условий, а результат упорства и постоянного давления на проблему сверху, а не разового распоряжения, о котором забыли на следующий день.
Об этом же — на своём, муниципальном уровне — рассказывает и глава городского округа Сунжа Умаров. В своём докладе он фиксирует ту же логику: с 2023 года администрация города последовательно, год за годом заключала с филиалом «Роскадастра» новые договоры — на подготовку карта-планов территориальных зон, на кадастровый учёт газопроводов и ливневых каналов, на комплексные кадастровые работы по кварталам. Только в этом году город заключил уже два новых договора, один из которых профинансирован из местного бюджета. Комплексные кадастровые работы охватили четыре кадастровых квартала Сунжи, ещё в одном работы начаты, а на оставшиеся шесть кварталов администрация уже сейчас планирует заложить средства в бюджет 2027 года. Это будничное, почти протокольное свидетельство с земли подтверждает то же самое, что видно и на уровне республики в целом: работа не заканчивается очередным отчётом, а продолжается по накатанной колее, из года в год.
Дело, впрочем, не только в отчётности и не только в рейтингах округа. Чёткие границы участков — это меньше судов между соседями, это возможность спокойно строить дом, зная, что через год не придётся доказывать, где заканчивается твой двор. Это инвестор, который видит на карте не пятно неопределённости, а конкретный участок с конкретным номером и готов вложить в него деньги. Это, в конце концов, туристско-рекреационная особая экономическая зона и Мастер-план Магасско-Сунженской агломерации, которым нужен не только архитектурный замысел, но и твёрдая, измеренная земля под ногами — потому что ни один инвестиционный проект не может строиться на границах, существующих лишь в памяти старожилов.
Работа далека от завершения — предстоит внести в реестр ещё десятки тысяч объектов, разобраться с землями, документы на которые десятилетиями пылились в архивах БТИ. Но направление, заданное за последние годы, уже не выглядит случайным эпизодом. Это системная политика — растянутая не на один квартал и не на один созыв правительства, а на весь период руководства регионом Махмудом-Али Калиматовым. Именно при нём — и, судя по докладам, именно благодаря его личному, из года в год повторяющемуся участию — земельный вопрос впервые в новейшей истории республики получил не разовое решение, а постоянно действующий механизм: с финансированием, с обученными кадрами, с федеральными программами и с ежегодным контролем результата.
Для Главы республики земля оказалась не абстрактным ресурсом, а тем самым фундаментом, с которого, по горской традиции, начинается любой настоящий дом. И этот фундамент, судя по всему, закладывался не одним решением, а системно — шаг за шагом, год за годом, ровно так, как строят на века.
Сегодня у ингушской земли, наконец, появилось то, чего ей не хватало веками, — точные границы. Координаты вместо преданий. И это результат не одного удачного момента, а многолетней, последовательной работы, которую вела и продолжает вести региональная власть во главе с Махмудом-Али Калиматовым. Впервые за долгое время земельный вопрос в Ингушетии — это не повод для спора, а повод для гордости.
Слова автора:
«Я убеждён: работа власти видна не в громких словах, а в делах, которые долго остаются незаметными — пока кто-то не возьмёт на себя труд рассказать о них. Кадастровые карты, реестровые записи, поручения о финансировании — это не то, о чём говорят на праздниках, но именно из этого складывается настоящее развитие республики. Моя задача как журналиста — показывать людям то, что делается для них системно и последовательно, называть вещи и решения своими именами, и напоминать, что за сухими цифрами часто стоит воля конкретного руководителя. Считаю важным писать о работе Главы Ингушетии Махмуда-Али Калиматова именно так — честно, доказательно и без лишнего пафоса, потому что люди должны видеть: то, что меняет их землю и их жизнь, не происходит само по себе».