22 июня 1941 года. Офицер Магомед Зариев прибыл на железнодорожный вокзал заблаговременно, хотя его поезд на родину отправлялся в десять часов утра. Он три долгих года не виделся с родными, и ехал в отпуск с предвкушением долгожданной встречи.
Но тут он узнал страшную новость, что передали по радио — фашистская Германия вероломно напала на Советский Союз. Он немедленно вернулся в расположение части.
Разлука с родными продлилась на долгих семнадцать лет, но ему не суждено было больше увидеть ни мать, ни сына, ни построить семью со своей женой...
Как и многие фронтовики, он не любил говорить о войне, которая оставила глубокие раны в его сердце. Он не раз оказывался на грани гибели, с тяжелыми потерями выходил из окружения, боролся с врагом, не щадя своих сил, прошёл через все испытания войны, и выжил, чтобы помнить, чтобы знали и помнили мы...
Так уж вышло, что вся его жизнь стала настоящей проверкой на прочность и силу духа. Он познал на своём веку столько несправедливости и страданий, что их хватило бы на десять жизней. Остаётся лишь удивляться, каким он оказался стойким воином, раз не сломился и сохранил до конца своих дней доброту, порядочность и благородство.
Истоки
Магомед Идигович Зариев родился в городе Владикавказе в 1914 году. Все родные радовались появлению на свет первенца, да ещё и сына, и желали ему долгой и счастливой жизни. Но судьба предначертала ему другую судьбу
В шестилетнем возрасте Магомед Зариев потерял отца. Он был убит при невыясненных обстоятельствах. Но мальчик не был обделён вниманием и любовью. Мама Напсат Ахильгова и дядя Золторо Зариев оберегали его и заботились о нём. Золтаро Зариев, в те годы руководитель одного из крупных промышленных предприятий города Владикавказа, мог себе позволить баловать единственного племянника. Но несмотря на это, Магомед рос самостоятельным и целеустремленным человеком, с сильным и волевым характером. С ранних лет он отличался упорством в достижении поставленных целей. Школу он окончил во Владикавказе, в то время уже переименованном в город Орджоникидзе. Был прилежным учеником, удивлял сверстников и педагогов своей самодисциплиной. Магомед рано повзрослел, научился принимать ответственные решения, брать на себя обязательства и достойно нести их. Потому никого не удивило, что в свои 16 лет он женился — украл свою возлюбленную девушку по имени Дугурхан из рода Оздоевых. Старшие не стали противиться браку, и уладили возникшие в связи с этим спорные вопросы.
Шёл 1938 год...
Казалось бы, жизнь наладилась, молодая супруга ждала ребёнка, Магомед работал, был хорошим сыном, заботливым семьянином. Но его призвали на срочную службу в ряды Красной Армии.
Воинская часть, куда попал призывник располагалась в Белоруссии, в Могилевской области. Это время совпало с резким обострением внешнеполитической ситуации в Европе, которая стала одним из ключевых этапов на пути к Второй мировой войне. В связи с наращиванием военных сил в Европе перед руководством нашей страны стала необходимость быстрого пополнения офицерских кадров, количество которых сократилось за время массовых репрессий 1937–1938 годов. Стали создаваться курсы и военные училища. Так было создано Могилёвское пехотное училище РККА, которое иногда ошибочно называли полковой школой, где срок обучения был сокращён до двух лет. Сюда был отобран командованием и Магомед Зариев, солдат с настоящим мужским характером и с прекрасными физическими данными — высокого роста и крепкого телосложения.
Через два года сержант Магомед Зариев приступает к военной службе в должности командира отделения противовоздушной обороны (ПВО). Боевое крещение он принял на Финской войне, после окончания которой был направлен для дальнейшего прохождения воинской службы в город Орёл. По прибытию в часть его вызвали в штаб, и предложили продолжить учебу в Краснодарском миномётном (артиллерийско-миномётном) училище, единственном в то время учебном заведении подобного рода в СССР.
Учёба Магомеду Зариеву давалась легко. Он имел хорошую образовательную базу. Да и физической подготовкой он явно отличался от своих однокашников. Досрочно за полтора года сдав на «отлично» экзамены и все нормативы Магомед Зариев был направлен на службу в город Сочи, оттуда его направили в Поти, где формировался горно-вьючный артиллерийский полк, который летом 1941 года был переброшен в Полтавскую область.
22 июня 1941 года...
Три года, как лейтенант Магомед Зариев не был дома, где его ожидали мать и молодая супруга с сыном, которого он ещё не видел. Наконец, наступил долгожданный отпуск. Билет в город Орджоникидзе был приобретен заранее, на 22 июня, отправление было в 10:00 утра мск. Лейтенант с нетерпением предвкушал встречу с близкими и прибыл на перрон заблаговременно, облаченный в свой лучший парадный военный мундир. Но тут он услышал новость о вероломном вторжении фашистской Германии на территорию Советского Союза...
Поезд на родину отбыл без Магомеда Зариева. Он как человек долга и воинской чести вернулся на попутных машинах к своим солдатам.
А на войне...
По прибытию в часть, в первый же день начала войны командир полка поручил лейтенанту Зариеву руководство автоколонной, для отправки на фронт. Перед молодым офицером стояла ответственная задача управления обширным парком боевой техники и военным составом, среди которого были и офицеры, превосходившие его по служебному положению. Эти обстоятельства требовали значительной зрелости и серьёзной ответственности, потому как от его слаженных действий зависело своевременное пополнение фронта необходимыми припасами, боеприпасами и, главное, людьми.
Всякое пришлось испытать за годы войны офицеру Магомеду Зариеву. Он сражался в минометных и артиллерийских войсках на Украине, в Белоруссии, Карелии... Не раз стоял он лицом к смерти, ходил в атаку с боями и тяжелыми потерями, показывая чудеса героизма и храбрости, попадал в логово врага, выходил из окружения, которое было страшным испытанием. Чтобы выжить, им приходилось «жевать от голода кожу убитых лошадей, рисковать, чтобы добыть воду». Он был неоднократно ранен, но после восстановления возвращался в строй. Дважды ему пришлось лежать в госпиталях. Серьёзное ранение он получил первый раз при переправе через Днепр, а во второй раз незадолго до окончания войны.
Настоящий командир
Но, как ни странно, в этих нечеловеческих условиях командиры и солдаты проявляли заботу друг о друге, говорил он, делились последним куском хлеба, поддерживали друг друга морально, проявляли небывалую смелость и стойкость духа. В полковом штабе знали, что Магомед Зариев добивался для своих бойцов самого качественного обмундирования и лучшего продовольствия. Забота о благополучии своих подчиненных являлась одной из его ключевых отличительных черт. Благодаря этому, он пользовался глубоким уважением и искренней любовью в полку, будучи для солдат кем-то вроде заботливого отца и старшего брата. Тем не менее, подразделения под командованием Зариева неизменно справлялись с самыми трудными задачами, демонстрируя высочайший уровень подготовки и ответственности. Разведгруппы во главе с Магомедом Зариевом совершали глубокие рейды в тыл фашистов: доставали «языка», проводили разведку боями. В полку поговаривали, Зариев не боится смерти, и под его командованием самый обыкновенный солдат, становится смелым, храбрым и умелым разведчиком. Они верили ему и шли за ним....
В середине лета 1944-го, во время ожесточенных столкновений в районе Львова, Магомед Зариев был тяжело ранен во второй раз. Но на фронт он уже больше не вернулся.
После войны
Новость о долгожданной Победе застала нашего героя в стенах госпиталя. После выздоровления он вновь отправился в строй, неся службу на просторах Дальнего Востока.
В 1947 году, исполнив свой воинский долг и прослужив в армии неполных десять лет, Магомед Зариев был уволен в запас. К этому времени он уже знал о трагической судьбе ингушского народа, о его депортации в Казахстан и Среднюю Азию. Он вёл поиски родных, писал письма, обращения, но всё безрезультатно.
После завершения военной службы он отправился в Киргизию, в город Токмак. С первых же дней он понял, что найти родных будет нелегко. Повсюду, куда бы он не обращался, встречал к себе предвзятое отношение, как к представителю депортированного народа. Несмотря на то, что он был в форме военного офицера, с боевыми наградами на груди, для чиновников он был представителем народа, объявленного врагом. К тому же отношение к «спецпереселенцам» ужесточалось с каждым годом.
Из исторической справки: 8 января 1945 года было принято постановление, которое закрепляло принудительное трудоустройство и ограничение свободного передвижения спецпереселенцев. Самовольная отлучка за пределы расселения, рассматривалась как побег и влекла уголовную ответственность — до 10 лет тюремного заключения. А 26 ноября 1948 года был подписан другой Указ, согласно которому выселение народов объявлялось навечным, без права возврата в прежние места жительства; а за самовольный выезд из мест обязательного поселения каралось уголовной ответственностью с наказанием в виде 20 лет каторжных работ; лица, укрывавшие беглецов, или помогавшие им привлекались к уголовной ответственности с наказанием до 5 лет лишения свободы.
Шёл 1955 год. Спустя 17 лет
Магомед Зариев не был в числе «спецпереселенцев» и мог свободно передвигаться. Он искал родных повсюду, расспрашивал каждого встречного ингуша. Так на поиски ушло ещё восемь долгих лет.
Шёл 1955 год. Это было время уже после смерти Сталина, когда многие ограничения по отношению к спецпереселенцам были сняты. Долгожданная встреча произошла с родными спустя семнадцать лет. Он нашёл своего дядю — Золтаро Зариева в Кустанайской области Казахстана.
Но встреча была омрачена печальной новостью. Семьи у него уже не было. Он узнал, что сын умер ещё до высылки из-за недуга, а его женщин: маму и жену старшие решили отправить по домам, каждую в родительский дом. По канонам ингушских адатов не положено было двум, относительно молодым женщинам жить без мужчин. Он также узнал, что его мама ушла из жизни несколько лет назад. Родные рассказывали, что она хранила в своём сундуке последнее письмо, полученное от сына с войны еще до высылки; периодически доставала его, перебирала в руках, словно разговаривая с ним, и бережно клала обратно. Читать она не умела, но сердцем чувствовала каждое слово, написанное рукой сына, которого ждала до последней минуты. Долгие годы ждала мужа с войны и супруга Дугурхан Оздоева. Но к моменту, когда фронтовик нашёл своих родственников, прошло много времени. Он предположил, что она могла быть замужем и не стал беспокоить её поисками. Но Дугурхан ждала, и замуж во второй раз вышла поздно, когда уже детей собственных иметь не могла. Так и разминулись их судьбы...
Позже, уже будучи на родине Магомед Зариев узнал всё о её дальнейшей судьбе. До конца своих дней он хранил светлые воспоминания о ней и испытывал к ней тёплые чувства. Но его преследовало и чувство вины, хотя объективно никакой вины за ним то и не было. Тем не менее, ещё при жизни он нашёл её и попросил прощения за причинённую душевную боль, за неоправдавшиеся надежды...
Судьба солдата
Тяжело было боевому офицеру узнать, что никого из близких он не увидит. Эта боль была не сравнима ни с какой другой болью и страданиями, через которые ему пришлось пройти. Но он выдержал и этот удар судьбы. Вскоре Магомед Зариев женился на Зейнап Албогачиевой. В этом браке у него родилось три сына и две дочери: Мурад, Султан, Макшарип, Люба и Фатима.
На родину семья вернулась с первыми переселенцами в конце 50-х годов прошлого века. Жили они в селении Новый Редант Малгобекского района Чечено-Ингушетии. Отцовский дом в Орджоникидзе был занят новыми жильцами, которые и не собирались его освобождать. Всю жизнь он мечтал выкупить его, но этой мечте не суждено было сбыться. Работал он заведующим складом на мебельной фабрике «Казбек» в пригороде Орджоникидзе, в посёлке Южном. Здесь же недалеко построил дом, куда переселился с семьёй в 1986 году.
Трагедия 1992 года — второе изгнание из родных мест
Казалось бы, на жизнь этого человека выпало уже достаточно трагедий и испытаний. Вернувшись на родину, он построил новый дом, вырастил достойных детей. Однако осенью 1992 года Пригородный район стал ареной трагических событий. Старый воин до последнего оберегал молодёжь, оставаясь рядом с ними. Но ситуация оказалась непредсказуемой. Ингушское население было вынуждено покинуть свои жилища, спасая свои жизни, по извилистым горным тропам под пронизывающим ноябрьским дождем. Магомеду Зариеву было уже около восьмидесяти лет.
Таким образом, семья Магомеда Зариева во второй раз оказалась в изгнании, потеряв всё нажитое имущество, а также фотографии, документы, награды и многое другое...
Тем не менее, начинать жизнь предстояло с нуля. Сначала семья Магомеда Зариева проживала в вагончике в населенном пункте Али-юрт Назрановского района. Там рядом он построил небольшую хижину и нашел для себя новое ремесло: изготавливал из кожи сапоги, туфли и разнообразные изделия, которые были востребованы в народе, особенно среди старшего поколения. Волей Всевышнего, он увидел возродившуюся родную Ингушетию и ее достижения, дожил до рождения внуков, которые гордятся своим дедом, и чтят о нём память.
Магомед Зариев покинул этот мир в 2003 году. Родные исполнили его последнее желание — погребли его на родовом кладбище в селении Ангушт (Тарское) Пригородного района.
PS: Военное досье офицера Красной Армии Магомеда Идиговича Зариева, его боевые награды, в том числе Орден Отечественной войны II степени, медаль Жукова и документы — в открытом доступе на официальном сайте Министерства обороны РСФСР «Память народа 1941-1945 гг».
«Несмотря на все пережитые испытания и невзгоды, он до последнего дня сохранил удивительную мягкость сердца, — вспоминает его дочь Фатима Зариева. — Он был прекрасным отцом, другом и мудрым наставником, учил нас жизненным истинам и воспитывал в нас чувство долга и справедливости. До последних дней сохранял свою офицерскую выправку, свой внутренний стержень и покинул этот мир победителем, потому что его величайшей силой была безграничная доброта».