Без сомнения, каждый, прошедший школьный курс истории, знает о плане ГОЭЛРО в первые годы становления советской власти. Это был проект масштабной электрификации России, который положил основу индустриализации в стране. Итогом воплощения в жизнь этого плана стал бурный рост энергетических мощностей и промышленности. И в этом глобальном экономическом процессе принимал участие и наш земляк Мурат Заурбекович Боров.
Мурат Боров из известной династии военных. Его дед Темирко Боров был офицером русской армии, участником русско-турецкой войны 1877-1878 гг., с которым бок о бок сражался и его брат Анзор Боров, прапорщик русской армии. Отец Мурада, Заурбек Темиркоевич, превзошёл своих предков по славе и доблести. Его называли львом Кавказской Туземной дивизии. Служба его началась во Владикавказе, в административном центре Терской области. Затем он выполнял почётную миссию в собственном Его Императорского Величества конвое в Санкт-Петербурге, был хорошо знаком со всеми членами царской семьи. Следующие 15 лет он служил полицмейстером в Ашхабаде. В конце 1909 — начале 1910 годов Заурбек по ложному обвинению в превышении служебных полномочий был вынужден оставить военную службу и перебраться в соседнюю Персию, где в ту пору началась гражданская война между двумя враждующими политическими силами страны за шахский престол. Заурбек Боров принимает сторону династии Каджаров и вливается в офицерский корпус верной им части персидской армии. Ему было доверено командование кавалерийской сотней, затем полком. Вскоре ему присваивают чин генерала кавалерии и поручают командование крупным кавалерийским соединением. Так, Заурбек Боров стал первым ингушом, который удостоился золотых эполет генерала Персии.
Когда в августе 1914 года на родине набирались добровольцы в Ингушский конный полк, генерал Заурбек Боров вместе со своим лучшим другом наследным принцем Персии Фазуллой-Мирзой Каджаром возвращается в Российскую империю. Два его старших сына, Султан и Измаил, в офицерском чине к тому времени уже состояли на службе в русской армии, а с началом формирования Кавказской Туземной конной дивизии оба сына, ротмистр Султан Боров, полный георгиевский кавалер, и корнет Измаил, младший офицер по службе, перевелись в Кавказскую дивизию, чтобы быть рядом с отцом и соплеменниками. Султан Боров погиб в 1916 году от полученных ран в бою с австро-германцами. Тело его было привезено в родной город Владикавказ и похоронено на родовом кладбище. Безвестной осталась судьба офицера Измаила Борова.
Еще печальней оказалась судьба Заурбека Борова. После свержения монархии полный георгиевский кавалер русской армии Заурбек Боров покидает Северный Кавказ в 1918 году. Он эмигрирует в Европу, во Францию, вместе с семьёй своей дочери Тамары Боровой-Чермоевой: двумя детьми и мужем, который являлся племянником нефтепромышленнику Топе Чермоеву. Заурбек Боров скончался в 1926 году после непродолжительной болезни. Заурбека Борова похоронили по всем канонам ислама на мусульманском татарском кладбище в Париже.
В семье Заурбека и Ноупи Боровых было четыре сына и две дочери. Ноупи была дочерью полковника русской армии Элджи (Ижи) Джабагиева, сестрой известных братьев Висен-Гири и Магомеда Джабагиевых. Она умерла в Казахстане, в посёлке Киялы, в 1944 году, в первые месяцы депортации.
«О Мурате Борове, младшем из сыновей Заурбека Борова, мне поведал Хусейн Амирханов из с. п. Джейрах, который был с ним лично знаком, — пишет в своей статье «Потомственное благородство» в газете «Ингушетия» за 11 ноября 2015 года доктор исторических наук Зейнеп Дзарахова. — Мурат Заурбекович Боров был образованным и глубоко благородным человеком. Он родился в 1911 году. В 1934 году с отличием окончил Московский энергетический институт имени Молотова (с 2011 года это Национальный исследовательский университет «МЭИ»). Время учёбы было и временем его становления и укрепления как личности. Многое ему пришлось пережить, не имея жилья и средств для проживания в большом городе. После окончания вуза Мурата Заурбековича направляют в Азербайджан, где усиленными темпами идёт электрификация народного хозяйства. В системе электрификации он работает на Украине и в других городах великой державы. Несмотря на то, что Мурата Борова, как сына офицера царской власти особо не миловали вниманием власти, во главу угла ставились его хорошая подготовка, умение и профессионализм. Энергетики в те годы были остро востребованы во всех уголках нашей страны».
Во время Великой Отечественной войны, в июне 1942 года, военный совет Северо-Кавказского фронта принял решение о создании оборонительных рубежей между Доном и Кубанью, по Тереку, на Таманском полуострове и по побережьям Азовского и Черного морей. Одновременно намечалось возвести несколько полос заграждений общей протяженностью около 2 тысяч км. В строительстве оборонительных сооружений от Терского хребта до Сунженского был задействован и Мурат Боров. Сын потомственных военных вместе со всеми жителями Малгобека, прифронтовых сел Сагопши, Инарки и Пседах, а также жителями Пригородного района под постоянным обстрелом дальнобойной артиллерии и авиации сооружал противотанковые рвы, эскарпы и траншеи. Во многом эта подготовка поспособствовала успеху военной операции под Малгобеком, которая стала поворотным моментом в битве за Кавказ.
Но в феврале 1944 года Мурат Боров вместе с семьёй и всем ингушским народом был депортирован в Казахстан и Среднюю Азию. Спецпереселенцев в ссылке не миловали и крайне редко брали на должности. Однако профессиональные кадры были остро востребованы. Глубокие знания Мурата Борова открывали перед ним двери самых высокопоставленных чиновников. Его назначают главным энергетиком на хлебокомбинате в г. Павлодаре. Здесь его уважают и ценят, на собраниях и совещаниях к нему прислушиваются, его аргументы всегда убедительны, а производство под его началом даёт высокие результаты.
Мурат Боров не только был хорошим профессионалом и руководителем, но и добрым человеком с открытым сердцем. В таких жесточайших условиях политического режима для спецпереселенцев он всегда умудрялся заботиться о своих земляках. Кроме того, что он правдами и неправдами смог взять на работу ингушей и чеченцев, он спасал от неминуемой голодной смерти семьи депортированных, проживающих вокруг его предприятия, рискуя свободой и даже жизнью.
«Как-то мы выехали в село Ведено на приёмку новой школы, где начальником стройки — ПМК 633 треста «Сельстрой» был Мурат Боров, — вспоминает коллега по цеху, главный инженер Темирхан Кодзоев. — После официальной части к нам подошли старейшины этого села. Они узнали, что стройкой руководил тот самый Мурат, который спас их в Казахстане от голодной смерти, и пришли на встречу. «Хлебокомбинат охранялся как военный объект, был ограждён высоким кирпичным забором, — рассказывал один из них. — На вышках стояли солдаты с оружием. Под этот забор рано утром приходили мы, в основном там жили депортированные чеченцы. Мурат, прекрасно понимая, что вынести с предприятия ни муки, ни хлеба не получится, поручал двум-трём женщинам-чеченкам, работающим в цеху, выпекать прямо из воды «ольгаш» (национальный хлеб в форме лепёшек) и незаметно перебрасывать «хлеб» через забор, где его уже поджидали мы. Так он умудрялся помогать нам кормить свои семьи, — заключил старик, — и мы в своих молитвах никогда не забываем просить за него милости у Всевышнего. Ведь он рисковал своей свободой, мог на долгие годы загреметь за решетку или лишиться жизни. Это было для той власти не проблемно».
До 1958 года Мурат Боров работал на хороших должностях и в Петропавловске, и в Алма-Ате и в Павлодаре.
Потом вернулся домой на родину, с первыми переселенцами, несмотря на то, то бывшие друзья-коллеги, которые хорошо знали его организаторские и профессиональные способности предлагали ему довольно хорошие перспективы в Москве.
На родине он сначала работал главным энергетиком, а позже его назначили директором Назрановского мельзавода. Надо сказать, что Мурат Заурбекович был всегда и везде востребован, потому как был профессионалом и прекрасно владел русским языком. После мельзавода он руководил ПМК-432 Назрановского района, которое было задействовано в строительстве многоквартирных домов, завода «Электроинструмент», трикотажной фабрики в Назрани и разных объектов сельскохозяйственного и социального назначения. Потом его пригласили на должность заместителя управляющего трестом «Чечингсельстрой». За время работы им были построены многие сельские объекты по всей Чечено-Ингушетии.
В последние годы жизни Мурат Боров работал начальником СПМК-661, который имел объекты по всему Северному Кавказу.
В свободное время он занимался любительским футболом. Был болельщиком команды «Динамо» (Тбилиси), часто ездил на матч в г. Орджоникидзе (Владикавказ).
Семья Мурата Борова: супруга — Клавдия Зуева; два сына и дочь
Мурат Заурбекович Боров, ветеран труда, заслуженный строитель Чечено-Ингушетии, был отмечен правительственными наградами «За освоение целины» (1965), Почетной грамотой Президиума Верховного Совета ЧИАССР (1966); юбилейной медалью в ознаменовании 100-летия со дня рождения В. И. Ленина (1970). В 2006 году Указом президента Республики Ингушетия Мурат Заурбекович Боров за большие заслуги перед ингушским народом был награждён орденом «За заслуги».
Мурат Боров ушёл из жизни в 1981 году.
До конца своих дней он оставался глубоко порядочным и благородным человеком, был в дружеских отношениях с писателями Идрисом Базоркиным и Джемалдином Яндиевым.
Коллеги вспоминали его как человека с обострённым чувством долга и ответственности, отменным руководителем и другом каждому из своих сотрудников.
В завершении хочется привести поздравительную телеграмму от коллектива «Чечингсельстрой» к его 70-летию за подписью управляющего трестом У. А. Арснукаева:
«Уважаемый Мурат Заурбекович.
Многотысячный коллектив треста «Чечингсельстрой» руководство аппарата управления, партийно-профсоюзные и комсомольские организации, подчинённых подразделений и предприятий сердечно поздравляют Вас со славным юбилеем — 70-летия со дня рождения, плодотворной и многолетней работой на славу нашей Родины. Свою трудовую деятельность Вы начали с проектировщика системы теплоэнергетики страны, принимали активное участие в строительстве крупных комплексов теплофикации и электрификации в гг. Махачкала, Красноярск, Харьков и Баку. Под Вашим руководством в должности главного инженера в 1938-1940 годах было завершено строительство ГРЭС имени Красина в Азербайджанской СССР. Вы снискали себе любовь и уважение как лучший организатор переработки и хранения зерна сначала в системе «Главмука» Алма-Атинского, Павлодарского мелькомбинатов Чечено-Ингушского управления хлебопродуктов. В системе треста «Чечингсельстрой» Вы начали работать с 1967 года в должности начальника ПМК-432, с 1970 года — заместителем управляющего трестом, и с 1975 года — начальником СПМК-661. За весь этот период своей трудовой деятельности вы завоевали заслуженный авторитет и уважение всего коллектива треста. Ни один объект или производственный комплекс не вводился в эксплуатацию без Вашего непосредственного участия. Ваша инженерная организованность, как руководителя, и чуткое, вежливое отношение к людям, как человека, всегда приносили и приносят свои плоды. Вы всегда добросовестно и со знанием брались за выполнение любого дела, которое Вам поручала партия и страна. Мы желаем Вам кавказского здоровья, семейного счастья, успехов в работе на славу нашей родины».