«Если хочешь погубить народ, то истреби его язык» — писал выдающийся государственный и общественный деятель ХIХ столетия, министр просвещения и Президент Российской Академии наук Александр Шишков. Он знал, о чем пишет. И впрямь: для того, чтобы уничтожить народ, совсем необязательно его завоёвывать, бомбить, как это принято сегодня у пресловутого Запада. Достаточно уничтожить его культуру и, прежде всего — язык.
Нужно заменить одну азбуку на другую, внедрить жаргон, массу непонятных иноязычных слов, разрешить свободное хождение сквернословия, издавать книги, где с ног на голову поставлена история твоего народа, Отечества (помните книжонки Сороса?). В общем — раздавить народ идеологически, морально и духовно, чтобы он превратился в управляемую биомассу, которая будет разговаривать на нужном языке.
По данным ЮНЕСКО из 7 тысяч языков мира около 2,5 тысяч стремятся к исчезновению или уже прекратили своё существование. Гибель в ближайшей перспективе, согласно этим данным, грозит и ингушскому языку. В нашей республике данная злободненая тема поднимается периодически. Однако, деятельность по сохранению родного языка не носит системного, целенаправленного характера: ею озабочены лишь энтузиасты — подвижники, чей бессеребренеческий труд, конечно же, одобряется обществом и государством (теми же грантами, меценатской поддержкой), но, отнюдь, не является достаточной, чтобы дело не дошло до точки невозврата. Как приостановить губительный процесс стремительного приближения к началу обратного отсчета и обратим ли он в принципе? Об этом и другом беседа корреспондента газеты «Ингушетия» с редактором и режиссёром студии «Даьй мотт» (Язык отцов — прим. авт) народного проекта «Безликие», членом Союзов писателей России и Ингушетии Илезом Матиевым.
— Илез, вы не первый год бьете в колокола по поводу постепенной утраты ингушского языка и замены его субстратом, поднимаете эту жгучую проблему на разных площадках в т. ч. посредством публикаций в нашей газете. Поменялось ли что-то в лучшую сторону?
— К сожалению, эта проблема оказалась намного серьезнее и глубже, чем представлялась мне изначально. Как явствует статистика, на сегодняшний день 97% населения планеты являются носителями всего 4% языков. Что касается нашей страны, то по данным Фонда сохранения и изучения родных языков народов России, у нас изъясняются и говорят на полутора сотнях языках. Там же отмечается, что за последнее столетие наша страна утратила более 20 уникальных языков, а еще около трех десятков находятся на грани исчезновения. В другом исследовании, проведенном Институтом языкознания РАН РФ, с тревогой констатируется, что за послеперестроечный период в России исчезли 10 языков коренных малочисленных народов, а к границе исчезновения приближаются более 60% языков. Относительно стабильное будущее ученые сулят лишь 7% языков. Человечество вступило в эпоху цифровых технологий, ведущих к процессу стремительной глобализации: увеличивается обмен народами, языковой обмен, происходит взаимопроникновение языков и речевых культур. Для России, которая является одной из самых многоязычных стран мира, проблемы исчезновения языков малых народов крайне актуальны. Помимо 80% русскоязычного населения, на территории России исторически проживают представители более 180 национальностей, говорящие более чем на 100 разных языках. На мой взгляд, языки малочисленных народов в т. ч. ингушского убивают сами их носители. Сначала люди дома переходят на более удобный язык, а своим родным начинают пользоваться меньше, их дети реже слышат его. И постепенно, поколение за поколением язык умирает. Случается, что попадая в другое иноязычное окружение, становясь его частью, человек понимает, что говорить на родном языке у него нет перспектив. Более социально значимый язык дает больше преимуществ для детей, юношей, для тех, кто учится, рассчитывает на карьеру. Носители менее распространенных языков, как правило, выучивают языки более престижные и распространенные, с которыми связаны получение образования, хорошо оплачиваемая работа, продвижение по службе и становятся двуязычными. Иногда родители решают воспитывать детей на языке большинства просто потому, что считают, что именно этот язык будет важен детям в будущем, а этнический язык этому усвоению будет только мешать. Это становится началом языкового сдвига — постепенного перехода малой этнической группы со своего языка на язык с большим престижем, язык большинства. Естественное завершение языкового сдвига — исчезновение языка с уходом из жизни его последнего носителя. Поэтому уверен, что государство должно способствовать сохранению языкового разнообразия на территории страны. Ведь, это часть национального достояния, возможно, более важная, чем флора, фауна и полезные ископаемые. Однако нет сомнения и в том, что без инициативы со стороны самих народов поддержка языков невозможна. Поэтому, прежде всего ингуши должны беспокоиться за сохранность своего родного языка, переживать за его судьбу, чтобы говорить на нем было престижно, а не знать — постыдно.
— Получается, что носители редких языков должны смириться с участью переходить на «престижные» и «удобные»?
— Конечно же, нет. Необходимо прежде всего найти самое слабое звено в этой тенденции и бить по нему. Не открою большого секрета утверждением, что это звено — подрастающее поколение. Если сызмальства, с молоком матери объяснять детям необходимость знать язык отцов, внушать им гордость за него, его красоту и богатство, то это уже станет переломным моментом. Повторюсь, что огромное значение в сохранении языков малочисленных народов имеет участие государства через, скажем, издание тех же учебников, по которым дети учили бы родной язык, реализацию соответствующих федеральных и региональных программ. Но, здесь, насколько мне известно, не все гладко: представители коренных народов, в некоторых регионах сами сознательно отказываются от обучения на родном языке, администрации школ самостоятельно решают как его использовать, заменить ли каким-то другим предметом. Вообще, можно сколько угодно разглагольствовать о важности сохранения родного языка на самых разных уровнях, создавать всевозможные структуры в этом направлении, но ничего в итоге не добиться, если не ставить конкретную цель. Именно поэтому мы, народный проект «Безликие», считаем, что решать данную проблему необходимо, работая с детьми методами и средствами, которые, образно говоря, цепляют их неокрепшие умы и души.
— Я так понимаю, что переведенные на ингушский язык мультфильмы — ключ к решению этой проблемы...
— Ну, я бы не стал произносить таких громких слов. Мультфильмы — далеко не самое первое, что приходит в голову при обсуждении вопроса поддержания языков коренных и малочисленных народов. Но именно они, как показывает практика, являются очень эффективной мерой для сохранения языков, находящихся в зоне риска. В развитии культуры и сохранении национальной идентичности обращение к сфере анимационного кино, вроде бы, кажется недостаточно серьёзным шагом. Между тем, на деле мультфильмы на родном языке являются чрезвычайно эффективным средством для сохранения языков, находящихся под угрозой исчезновения. Причина этого обстоятельства проста — восприятие языка как родного формируется именно в детстве, а дети очень любят мультфильмы. Соответственно, это хороший инструмент для того, чтобы закрепить в будущем взрослом человеке знание родного языка. Игрушки — это, конечно, хорошо. Но, они быстро надоедают малышам. А мультики они могут смотреть, забыв обо всём на свете, буквально с утра до вечера. Естественно, все должно быть в меру. Да и родителям очень удобно занять таким образом детей и заниматься своими делами. Старшие выросли на добрых советских мультфильмах, молодежь предпочитала классические мультики Уолта Диснея. И я очень надеюсь, что сегодняшние дети с удовольствием будут смотреть ингушские мультики, что они все больше начнут завоевывать любовь и внимание маленьких зрителей. Родной язык для малыша — это голос матери, язык, на котором она поет колыбельные песни, которые ребенок слышит впервые. Нет ничего ценнее этого языка для умственного, эстетического и нравственного воспитания ребенка, как настоящего гражданина и патриота своей Родины!
— Какая работа проведена студией «Даьй мотт» на сегодняшний день?
— Прежде всего хочется напомнить, что работа нашей студии является одной из составляющих поистине народного проекта «Безликие». Проект существует около трех лет, а по направлению сохранения ингушского языка мы работаем уже два года. В нашем творческом багаже насчитывается уже около 170 популярных во всем мире мультфильмов, переведенных на ингушский язык. Создаем мы мультфильмы и по своим авторским сценариям. Мы размещаем их на различных платформах — Телеграм, ВКонтакте, Рутуб и т. д. Школы и детские сады также берут их и показывают на интерактивных досках. Руководитель проекта «Безликие» Алихан Хамхоев встречался с директором НТК «Магас» Шамсудином Боковым с предложением транслировать мультфильмы по нашему национальному телевидению «Магас». На данный момент переводим уже 30 серию популярного турецкого мультсериала «Дору» и, вон, в студии вы можете видеть работу нашего юного коллеги, 13-летнего Мухаммада Султыгова. Мультфильм повествует о жизни диких лошадей, которых люди пытаются одомашнить вопреки их воле. Подсознательно, дети начинают разбираться в гранях добра и зла, сериал воспевает дружбу, бережное отношение к животным, природе. Честно говоря, когда переводишь этот мультфильм, кажется, что он снят ингушами. Перевели около 70 серий, также, очень популярного в мире индонезийского сериала «Нусса и Рара», где рассказывается о сложных ситуациях, в которых дети чаще всего оказываются, а родители им объясняют на основе норм Ислама как из них выходить. Переводим арабский сериал «Саад и Хасун». Там чисто про нашу религию Ислам, необходимость следовать ее нормам. Есть у нас и два своих мультфильма: вышло уже по пять серий «Аьрзей Мохк» (Страна орлов) и «Лома фусам» (Львиный дом). В ингушской культуре орел и лев являются симоволами благородства и справедливости и, таким образом, мы по максимому поднимаем планку в воспитании детских душ, укреплении сознания и мироощущения малышей. Кроме этого мы в кладываем в ингушские национальные мультфильмы ингушские традиционные ценности — эхь, эздел, яхь, сий, денал красной нитью там проходит значимость почитания и уважения старших, милосердного отношения к младшим. Большую работу над этими мультфильмамами проводит наш артдизайнер Аслан Хиясов. В данный момент мы готовим шестую серию, где хотим показать как строились ингушские башни, проходит их реставрация. Помимо этого мы начали работу еще над одним ингушским национальным мультфильмом под названием «Берс и Дайсий», где дети получают воспитание и традиционные ценности ингушей от своих дедушек и бабушек. Кроме короткометражных мультфильмов мы перевели и озвучили на ингушский язык популярные полнометражные мультфильмы, такие, как «Кунг-фу панда», «Ледниковый период», в прошлом году демонстрировали их в течение месяца на экранах трех кинотеатров Ингушетии. Также этим летом планируем показать в кинотеатрах Ингушетии «Пингвины Мадагаскара». также вышли три серии исламского мультфильма «Последний пророк», где расказывается о жизни нашего пророка Мухаммада (мир ему и благословение Аллаха). Еще мы делаем разные обучающие ролики, например, ролик «Морские животные» (Форда дийнаташ), выпустили ролик где рассказывается о генеалогическом древе, где мальчик рассказывает о своих предках со стороны отца и матери, и о том, как нужно к ним обращаться. Делаем много обучающих роликов о том, как называются те или иные предметы. Технической оснащенностью студии, оборудованием для работы, в принципе, мы довольны. Единственное — помещение для звукозаписи оставляет желать лучшего: его мы сами сладили из подручных материалов, использовали паралон для звукоизоляции. Но, это не беда — справимся. Еще мы запустили проект, который помогает издавать молодым писателям их книги. Так, мы помогли Накиру Дзангиеву выпустить тысячу экземпляров обучающей книги на ингушском языке, которые мы раздали бесплатно. Плюс, готовим сейчас к изданию книгу по мотивам мультфильма «Нусса и Рара», выпустили ингушский календарь. В этом нам помог наш земляк Джамбулат Газдиев — директор типографии «Динал» в Москве. Создаем настольные обучающие игры, которые через органы чувств слух, зрение и осязание позволяют детям изучать ингушский язык. Например, пользуясь этой игрушкой малыш может запомнить более 220 слов. Одним словом — работаем.
— По твоему рассказу кажется, что эта работа дается легко, но я понимаю, что впечатление — ложное...
— Безусловно, это огромный труд. Нужно учесть авторские права, найти и привлечь переводчиков с подходящим голосом, тембром, каким ни есть — талантом артиста, записать каждую роль отдельно, а качественная запись голоса требует кропотливой и долгой работы. Большие мультфильмы, требующие времени и определенных языковых навыков я перевожу сам, другие — переводчики, которых мы набираем посредством кастинга. Иногда, приходится вырезать то, что не соответствует ингушской культуре, менталитету, добавляем наши поговорки и пословицы. Создавать свой национальный контент, по своим сценариям мы решили, потому что очень сложно добиться стопроцентного попадания сюжета чужих мультфильмов в ингушскую жизнь. Мы, наша команда единомышленников, не ищет славы и, тем более материальной выгоды. Сегодня наш народ практически дошел до черты, когда промедление с сохранением родного языка чревато бедой, которую мы в повседневной жизни, в погоне за куском хлеба физически вряд ли не ощутим. Ну, да, конечно, для взаимопонимания было бы идеально всему человечеству перейти на один язык. Но не надо думать, что язык — это всего лишь инструмент, имеющий одну только пресловутую коммуникативную функцию. Каждый язык — это уникальный способ выражения мыслей, в каждом языке отражается уникальная картина мира говорящих на нем людей. С утратой любого языка человечество сиротеет, невосполнимо теряет часть своей культуры. Каждый язык богат по-своему, и это знак жизни того или иного народа. Общечеловеческая, общекультурная ценность языка никак не определяется числом его носителей. Каждый верующий знает, что Всевышний Аллах мудр в Своем творении, и все у Него имеет определенный замысел. Следовательно, есть божественная цель, стоящая за многообразием языков и в Священном Коране ясно указано, что она кроется во взаимном познании: «О, люди! Воистину, Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы узнавали друг друга». Творец всего сущего создал нас столь непохожими друг на друга, чтобы каждый мог заимствовать достоинства ближнего, извлекать пользу из всех разновидностей культуры. Я надеюсь, что молодое поколение должным образом займется сохранением своего языка. И я уверен что ингушский язык будет жить своим прекрасным словом.