Очередной виток роста цен на автомобильное топливо мгновенно отозвался ударом по карманам рядовых граждан: частные перевозчики снова подкрутили тарифные ценники на проезд в «маршрутках». В салонах микроавтобусов то и дело слышны резкие оценки пассажиров, недовольных таким оборотом дел. Люди справедливо задаются вопросом: почему при неизменных, «застывших» на месте зарплатах и пенсиях любые экономические проблемы частников должны решаться исключительно за счет кошельков простых жителей Ингушетии?
Я — один из тех тысяч пассажиров, кто ежедневно штурмует переполненные «газели» и автобусы, чтобы просто доехать до работы и вернуться домой. И срочная новость о повышении стоимости проезда стала не просто очередным ударом по семейному бюджету населения, а настоящей каплей, переполнившей чашу терпения.
«Привыкайте, всё дорожает!». Именно такую фразу с равнодушной ухмылкой слышат пассажиры в ответ на вполне логичное возмущение. Перевозчики и ответственные чиновники всегда находят удобные, отточенные до автоматизма объяснения: «Бензин подорожал», «Запчасти выросли в цене», «Инфляция, поймите нас!»
Мы всё понимаем. Мы видим ценники в магазинах, мы получаем квитанции за коммунальные услуги, мы заходим в аптеки и ужасаемся. Но у меня, как у журналиста и рядового гражданина, возникает один-единственный, предельно простой вопрос: почему в этой цепочке дорожает абсолютно всё, кроме человеческого труда?
Зарплаты бюджетников, учителей, врачей, мелких служащих, пенсии наших стариков не растут с такой калейдоскопической скоростью, с какой поднимают тарифы. Нам не добавляют жалованье каждый раз, когда на АЗС меняют цифры на табло. Почему же тогда обычный человек, который и так едва сводит концы с концами от зарплаты до зарплаты, должен становиться вечным спонсором и «подушкой безопасности» для коммерческих перевозчиков? Вот об этом речь...
Если бы с ростом цен пропорционально росло качество услуг, этот диалог был бы хоть сколько-нибудь конструктивным. Но давайте взглянем правде в глаза. За что именно мы отдаем все больше и больше денег за проезд? За дребезжащие, дышащие на ладан микроавтобусы, в которых летом невозможно дышать, а зимой мерзнут ноги? За срывы графиков, когда после семи вечера уехать из столицы в соседние села превращается в неразрешимую проблему? За хамство отдельных водителей, которые ведут себя так, будто делают людям одолжение, просто перевозя их из пункта А в пункт Б? Получается удивительный парадокс: сервис остается на уровне прошлого века, а ценник стремительно подтягивается к европейским стандартам.
Корреспондент газеты «Ингушетия» пообщалась с пассажирами на ключевых автостанциях и остановках республики. Настроение у людей — от глухого раздражения до открытого возмущения.
Аминат, студентка (ездит из Сунжи в Магас на учебу):
«Для нас, студентов, это ощутимый удар. Мы не зарабатываем миллионы. Чтобы просто доехать до университета и вернуться обратно, теперь приходится отдавать существенную часть дневного бюджета. Родителям приходится выделять больше денег, а откуда им их брать, если зарплата у отца не меняется уже три года? Водители говорят: «Нам тоже надо кормить семьи». А нам что делать?».
Радима, учительница (ездит из с. Кантышево в Назрань):
«До недавних пор, мы, жители близлежащих сёл, за проезд в маршрутках платили 30 руб. Многим и это казалось многовато, так как доходы семей очень низкие. А тут в одночасье они умудрились, никого не спрашивая, поднять цену и довели до 50 руб. А между тем, расстояние, например, от Кантышево до Назрани небольшое, мы практически доезжаем за десять минут. На днях же проезд ещё больше подскочил, уже мы вынуждены платить 60 руб».
Мадина, пенсионерка:
«Мне нужно два раза в неделю ездить в больницу в Назрань. Каждое такое повышение для пенсионера — это выбор: купить лекарство или отдать деньги за проезд. Общественный транспорт должен выполнять социальную функцию, а у нас он превратился в дикий рынок, где водитель сам себе хозяин и сам устанавливает правила».
Массовое недовольство жителей республики — это тревожный сигнал... Зависимость региона от частных перевозчиков поставила население в положение заложников.
Люди требуют навести порядок в сфере пассажирских перевозок: проверить обоснованность нового повышения цен — действительно ли затраты на топливо требуют столь резкого подъема тарифа? Увеличить количество муниципального транспорта: появление государственных, комфортабельных автобусов на ключевых маршрутах создаст честную конкуренцию и сдержит аппетиты частных лиц. Ввести жесткие требования к сервису: если цена растет, то и комфорт, безопасность и соблюдение расписания должны быть на соответствующем уровне.
Общественный транспорт — это не просто частный бизнес, где действует закон «не нравится — не езди». Это важнейшая социальная артерия республики! На нем ездят студенты, пенсионеры, малообеспеченные семьи, матери с детьми. Для многих это единственный способ добраться до больницы, учебы или места работы. Так почему же регуляторы молча кивают на «рыночные условия», полностью устраняясь от защиты интересов населения? Если у частных компаний растут расходы на топливо и обслуживающие материалы — где жесткий контроль за обоснованностью тарифов? Где, в конце концов, альтернативный, муниципальный транспорт, который мог бы создать здоровый баланс и не давать частникам диктовать свои драконовские условия?
Перекладывать любые экономические риски бизнеса на самые незащищенные слои населения — это самый простой, но абсолютно тупиковый путь. Нельзя бесконечно затягивать удавку на шее людей, чьи доходы стоят на месте годами.
Нам пора перестать воспринимать молчание пассажиров как согласие. Проблема общественного транспорта в Ингушетии требует не косметических оправданий, а срочного, жесткого вмешательства со стороны властных структур. Люди устали платить больше за то, что лучше не становится. Нельзя же бесконечно перекладывать чужие убытки на плечи людей...